Обвал действительно остановил мятежников. Людской океан отхлынул от утёсов над городом, медленно двинувшись обратно. Можно было подумать, что они ещё вернуться, но толпа уже начинала есть сама себя изнутри. Силы бунтующих таяли чуть ли не каждый час, и совсем скоро стало ясно, что по обходному пути школу Астра Телепатика никто штурмовать не будет. Теперь всё внимание было приковано к центру Кардены, где арбитры и бойцы ПСС стойко держали оборону. Восставшие предприняли еще две неумелые попытки штурма, но простые горожане, едва встречаясь с действительно серьёзным сопротивлением, неизменно падали духом и бежали с поля боя. Многих приходилось буквально выкуривать из их домов, чтобы вернуть обратно к мятежному движению, однако от наиболее прозорливых лидеров не ускользнул тот факт, что первоначальный запал бунтующих уже давно сошёл на нет. Выплеснув накопившуюся агрессию, чуть ли не половина граждан уже не хотела ничего делать; тем более попадать пусть под щадящий, но всё же обстрел от арбитров и солдат ПСС. Тут ещё и поползли тревожные слухи о том, что псайкеры своей нечестивой силой спровоцировали обвал, перегородивший подъём к ним наверх…
Оливер ненавидел арбитров с тех самых пор, как один из них разбил челюсть его отцу, во время одной из забастовок на заводе. Тогда Оливеру было всего пять, а его братьям – и того меньше. Отец оказался прикован к кровати, ибо уже не мог даже нормально говорить и ходить, не то что работать. Несколько лет мать ухаживала за ним, надеясь на лучшее, но в конце концов и её силы кончились. Позднее она сказала детям, что «папа мирно ушёл во сне», но Оливер, к тому времени уже подросший, подозревал, что мама просто вняла заверениям врачей и просто убила несчастного.
Долгие годы Оливер нёс в сердце эту ненависть к арбитрам и всем власть имущим, и вот – судьба преподнесла ему прекрасную возможность отомстить. Вечный Бог-Император действительно хранит, раз не остался глух к мольбам своего верного слуги.
К его счастью, соседний от Кардены город под названием Окросс тоже охватил мятеж, пусть и не такой жестокий и масштабный, как в Кардене. С жестокой яростью накидывался девятнадцатилетний Оливер на каждого, кто попадал под капризный гнев толпы. Юноша искренне радовался, когда смог выбить какой-то женщине зубы, прежде чем её забили насмерть. Затем под горячую руку попался парень примерно его возраста. Он пытался сопротивляться, но Оливер свалил его метким броском камня прямо в лоб. Затем, к сожалению Оливера, парня убили другие. Впрочем, кровавое возмездие только начиналось.
Несмотря на то, что убивать потенциальных псайкеров Оливеру понравилось, ему всё же хотелось крови арбитров. Особенную радость он бы испытал, если бы удушил какого-нибудь чиновника или аристократа. Ничего, толпа уже идет в центр города, а значит, правосудие скоро настигнет и их!
В момент наивысшей агонии, когда кровь громко стучала в висках, по жилам тёк чистейший адреналин, а голова не думала ни о чём, кроме как о мести, его кто-то твёрдо схватил за кисть. Оливер готов был ударить наглеца, но тут заметил, что это Отто, его младший брат.
–Оливер! – громко крикнул младший, пытаясь перекричать безумную толпу, – пойдем, спрячемся дома! Там мама, её надо защитить!
–Защитить? – удивился Оливер, ещё не отошедший от охватившего его кровавого куража. – От кого? Кто-то пришёл к нам?
–Нет, но может прийти! Ты же видишь, что твориться в Окроссе! Быстрее, пошли, здесь не безопасно!..
–Возьми Гютона и иди с ним. Я буду мстить. Смотри, сколько нас! Вместе мы сметем и арбитров, и поганых колдунов!
–Но…
–Слишком долго мы терпели все эти лишения, брат! Иди и защищай мать сам. Я остаюсь.
Внезапно мысли братьев будто спутались между собой, и дальнейшие события они практически не помнили, вплоть до самого конца.
–Забавные смертные продолжают убивать друг друга.
–Я слышу.
–В кои-то веки нам повезло. Удача хоть раз нам улыбнулась, как ты считаешь, Матиус?
–Ты зря его тревожишь.
В полумраке виднелось несколько силуэтов, но различить их было достаточно сложно. Большинство суетилось внизу – там, где было темнее всего. В узкой же полосе света стояло двое.
Невысокая женщина с темными волосами, достающими до ушей, в потрёпанной мантии псайкера Империума, с едва видимым странным символом на лице едва заметно сутулилась, опираясь на видоизменённый посох псайкера-примарис. Её собеседника тьма укрывала лучше, поэтому представлялось возможным увидеть только его достаточно высокую, даже продолговатую фигуру. Между ними, чуть дальше, в полной темноте сидел ещё кто-то.
–Кстати, Матиус, – вновь заговорил тот, которого скрывал мрак. – А когда мы уже покинем эту планету? Тут же опасно, да и нет ничего для нас полезного. Даже полноценное восстание не поднимешь. То, что происходит на поверхности – всего лишь глупая игра, ведь они убивают империумских псов не под
–Всему своё время, – ответил тяжелый, скрипучий голос из тьмы. – Терпение, Зирафель. Ситуация под контролем.