Машина отъехала от подъезда и не спеша катила за молодой парой. Урсула отрыл окно и жадно втягивал воздух, пытаясь найти ответы на свои забытые ощущения. Девушка с парнем зашли в медучилище. Джип остановился. Девушка заметила их. Пришлось немного отъехать в сторону. Толстяк терпеливо прождал целый час. Парень, который был с девчонкой, вышел на улицу и скрылся среди людей. Виноградов закрыл окно.
– Вперед, – скомандовал Виноградов. Машина направилась в центр города на очередную запланированную инициацию. Урсула всегда проводил ее сам, чтобы все новые волки подчинялись только ему. Он ненавидел конкурентов.
– Набери мне Медведя, – приказал Виноградов своему охраннику на переднем сиденье. Тот вытащил из внутреннего кармана мобильник и приложил к уху.
– Хозяин хочет с тобой поговорить, – сказал он человеку по ту стороны телефонной трубки. – Именно сейчас, – добавил он.
Телефон он протянул Виноградову. Толстяк приложил его к уху и приказал:
– Мы их выследили, – сказал Виноградов в трубку. – Ты должен убить их этой ночью, иначе мы ее убьем, а потом и ты сам умрешь, – пригрозил он. – Конверт с координатами тебе принесут через час. До связи, – добавил Виноградов и отдал телефон охраннику. Затем он вытащил большой заклеенный конверт.
– Через час отдашь это Медведю лично в руки, – приказал он.
Охранник кивнул и забрал конверт.
Всеслав с остатками своей стаи отсиживался в районе мемориального комплекса “Партизанская поляна”, расположенного в лесу, в нескольких километрах от Брянска на берегу реки Снежеть. Почему он выбрал именно это место? Во-первых, здесь он отрыл свой ресторан у самого входа в мемориал. В нем, на втором этаже, имелся большой банкетный зал, где часто собиралась его стая. Во-вторых, эта территория имела развитую инфраструктуру: телефон, интернет, неподалеку федеральные трассы и глухие леса. Вроде и людное место, но спрятать можно что хочешь и кого хочешь. К тому же, это место было посещаемое, а соответственно можно было изредка поживиться не только дикими животными, но и людьми. Летом, в качестве прикрытия, сам Всеслав и его соратники, работали в прилегающем к мемориалу детском пионерском лагере. Это было хорошее прикрытие их настоящей деятельности.
Этим вечером Всеслав накрыл стол в банкетном зале и созвал всех тех, кто не был сторонником Урсулы и при этом оставался в живых. К его глубокому сожалению явилось только семеро его соплеменников.
– “Итого восемь”, – пересчитал Всеслав всех, включая себя. – “Мало, очень мало”, – он задумался.
– Скажи нам что-нибудь, вожак, – как-то грустно попросил Всеслава седой дедушка с бородкой в круглых очках. Это был профессор местной государственной инженерно-технологической академии. Он был обращен в стаю самим Всеславом. Этот человек курировал всех студентов, что помогало выслеживать добычу среди тех, кто не поступил или у кого нет родственников.
– Где остальные? – грустно спросил Всеслав, хотя точно знал, что они погибли. Большинство из его стаи были обращены им же самим. Он чувствовал каждого своего соплеменника и когда они погибали, в его сердце вонзалась маленькой иголочкой невыносимое горе, отчего он выл и стонал, плача по каждому погибшему волку.
Как и ожидал Всеслав, никто не ответил ему. Все только грустно опустили свои взгляды в вниз.
– Может, плюнем на все обиды и обратимся за помощью к Москве? – предложил профессор.
– Нет, это моя территория и я разберусь с этим сам. Нам главное убить их вожака Урсулу и тогда все его инициированные погибнут вместе с ним.
– Это невозможно, – вступил в разговор мужчина, лет сорока, с большим пузом, черных брюках и растянутом свитере. Это был бывший глава местной областной милиции. Оборотень со стажем. На прошлой неделе, он еле унес свои лапы от Урсулы, который захотел поставить вместо него своего оборотня. Слава богу, врожденная интуиция увела его от беды, но не спасла всех тех, кто служил с ним. – Его охраняют, их больше и он сильнее всех нас, вместе взятых, – пояснил пузатый и опрокинул рюмку водки, занюхивая рукавом. – Нужно звать помощь или уносить отсюда свои лапы. Я лично собираюсь к себе на родину, в Алтайский край.
