Афилар, Гошкина, «Криант», Шереметьево… Нет, пожалуй, не так: «Криант», Гошкина, Шереметьево, Афилар! Но фактор Москвы ещё не отработан до конца, а потому он и просится всякий раз в руки вполне конкретной шахматной фигурой? А вот тут уже роль Плица и Рокки Селеша как-то связаны между собой. Утверждение, что ты каким-то образом должен тоже быть вовлечён в этот процесс, неоднозначно. Я не то чтобы зациклился на этом, значение обыденных вещей, но когда ты смертен, всё это трудно переоценить. Я сколько-то ещё выпью вина, выкурю сигарет, пересплю с любимой женщиной, а потом мой жизненный цикл оборвётся? Ресурс здоровой клетки, это пятьдесят два деления, после чего она погибает. И только раковая клетка делится бесконтрольно, столько раз, сколько посчитает нужным. Но на то оно и пиратствование, чтобы потом было о чём повспоминать. А вот с этим у меня проблемы. Желание-то есть и обстановка располагает, но когда не хватает каких-то очень важных элементов, то и картина не складывается. Ладно, ещё раз запущу симулятор…
Программа из симулятора;
«4 мая. 10ч. 35 мин. – очередной приход ми-хрени. С аурой, как и положено. А накануне… То есть, вчера я опять махнул сорок граммуль хорошего армянского коньяка, просто заманал уже этот ЗОЖ. Что ещё из необычного? Да вроде бы всё. Да, сегодня ночью проснулся в три часа из-за жены. Она, бывает, слишком самозабвенно озвучивает сон. Понимаю, что это от усталости у неё и всё же…. Короче, встал, от нечего делать зарулил в тубзик, потом прошёл на кухню, кажется, отпил немного кипячёной воды из двухлитровой банки и снова лёг спать. А мне этого делать как раз не рекомендуется, рвать сон на части, так как это каким-то образом запускает мою ми-хрень в ядре тройничного нерва. Пробудился выспавшимся, жена уже ушла на работу, зарядку делать не стал, словно предчувствие было, что и без того огребу сегодня по мусалам. Впрочем, по привычке промониторил АД, оно было в норме. Хоть это. Доказанный факт, что артериальное давление с ми-хренью между собой не стыкуются. Я теперь это учитываю обязательно. Дальше отлично позавтракал, завершив ритуал остатками кофея. А, вот, погода… Погода, да, меня совсем не радует. Подходил пару раз к окну, потягивал носом морозный воздух у приоткрытой форточки… Дубак! Солнце светит и дубак!»
***
В тот день настроение у меня было улётное, лето было в самом разгаре, а Москва, меняя сознание, влияла мощно, черпая свои неубывающие силы из былинных исторических глубин. Москва была многоопционным монстром, убивающим не насмерть, а делая тебя похожим на себя, таким же непробиваемым и хайпанутым. Москва неслась навстречу времени словно гигантский корабль. С упоминанием Москвы, я заметил вдруг, как Афилар сразу откатился на ещё одну позицию назад. Работа в «Крианте» не выглядела напряжной. Каждодневная размеренная суета, статусные автомобили сотрудников, привычный политес, всё это давало мне основания полагать, что тут я устроился довольно неплохо. И вдруг случается нечто, что ставит раком все мои представления о логике. Впрочем, о чём это я, какая логика может быть у тех, кто не по своей инициативе возвращается с того света? Почему-то большинство захватывающих житейских историй изобилуют похожими фактами: «он мчался на машине, его занесло на скользкой дороге и он оказался под передним мостом у вылетевшего навстречку грузовика, а потом»… или: «она занималась дайвингом, вовремя не проконтролировала кислород в баллонах и задохнулась, а когда пришла в себя, то»… Следующими в списке идут чёрные кошки, за ними следуют фрики всех мастей и уж только потом заикающиеся товароведы с имбецильными плоскозатылочными субъектами. Я, конечно же шучу, но таким образом сам я хотя бы отчасти пытаюсь обосновать то, чего в принципе не могу объяснить. Так я следую чьей-то инструкции? Возможно. Мне же сказали делать так-то и так-то, вот я и исполняю. Ладно, признаюсь честно: я ждал, что рано или поздно что-то подобное должно было произойти. Даже больше скажу, я ждал этого значительно раньше, а произошло это, как видим, только вчера. В общем, сидел я у себя в кабинете, курил, полистывал интересный женский журнальчик, как вдруг врывается ко мне Гошкина, одна из наших сотрудниц и едва не кричит:
– «Ник, выручай!»
– Да, не вопрос! А что случилось, голуба?
Но тут Гошкина бросается к моему столу, на ходу достаёт из сумочки свою навороченную мобилу и буквально умоляет меня;
– Ник, голубчик! Пожалуйста, спрячь это пока у себя, ладно?
– Да что случилось-то, объясни?
Но хрен там. Она прикладывает палец к губам и с опаской оглядывается на дверь, её широко открытые глаза заполнены страхом. А в это время в коридоре раздаются чьи-то шаги. Тут Гошкина плюхается задницей на стул, мгновенно преображается вся, достав сигарету из пачки, картинно подносит её к губам,
– Ник, дай прикурить, пожалста?
