Император Фернандо IV собрал снова совет архимагов, чтобы обсудить, происходящее в мире. Откуда появились демоны в его измерении, что хотят, и чем опасно такое вторжение? Слухов разных ходило много, и все они были один нелепее другого. Якобы это кара небесная, свалившаяся на головы магов из-за их жадности. Что пришли они из нижнего мира, сожрали там всех и теперь собираются закусить Теллусом. Что ни один архимаг не смог справиться с демонами, настолько они были сильны. Все эти слухи были озвучены магами на совете, но конкретной информации ни у кого не было.
Сирано без задней мысли явился на совет, чтобы перетереть со своими напарниками и узнать от них последние новости. Вот только никого из трёх архимагов здесь в помине и не было. Остальные освобожденные маги тоже решили под горячую руку правителя не подставляться, ведь сам поход в четвёртое измерение не был санкционированным. Это было инициативой четвёрки архимагов, которые позвали с собой всех остальных. Они обещали лёгкую и приятную прогулку по непуганому и слабому миру, но сами нарвались на подставу. Сирано сидел тихо и не отсвечивал, не желая выступать свидетелем нападения демонов. Он их, по сути, не видел, лишь почувствовал и дал деру.
В итоге совет оказался простой фикцией, где Фернандо решил принять единоличное решение о сборе все магов Теллуса, чтобы создать армию и выдвинуться навстречу демонам. Оставался последний портал между мирами, который они из-за вторжения потеряли. Во втором отражении маги, ведущую захватническую войну против местных жителей, остались отрезанными от поставок и возможности вернуться обратно на родину. И это нужно было срочно исправить, самые сильные маги империи сейчас находились именно там. План был прост, зажать демонов в клещи и выдавить либо во второе, но лучше четвёртое отражение, усилив оборону возле работающего портала. Предложение императора приняли единогласно, мобилизацию магов объявили по всему Теллусу. Место сбора тоже обозначили, но спустя пару дней там практически по-прежнему никого не было. Большинство, услышав слухи про демонов и то, что пятьсот магов не смогли с ними справиться, сразу же стали уклонистами. Многие вообще временно покинули столицу, чтобы потом оправдаться, что приказа не слышали, были в глухой провинции. Собрались неподалёку от столицы лишь те, кто присутствовал на совете, и ещё самые честные или отчаянные маги, которых в сумме и сотни не набралось. Император тогда привлёк свою армию, видя ситуацию без прикрас. Он издал указ, что все, кто в течение недели не явится в город, находящийся недалеко от прорыва, то потеряют статус мага и все соответствующие преференции. А магам позволялось многое, если не сказать все. И рабов набирать, создавая свои поселения, и занимать любые должности в доходных местах города. И за убийство простых людей была полная безнаказанность, суды всегда оправдывали мага, полезного для империи. В целом никто не хотел терять автономность, поэтому народ понял, что пахнет жареным, и стал выдвигаться к назначенной точке, куда направился и сам император со своим войском…
Три дня и три ночи мы лопатили в запрещённой секции библиотеки все сколько-нибудь полезные сведения о трансфигурации и телепортации. Ректор был прав, несмотря на толстые талмуды информации, полезной нам, оказались сущие крохи.
Следующим этапом для развития Кайлы было големостроение, где из неживого можно было создать полезное существо. Превращать живое в камень и возвращать к жизни худо-бедно она научилась. Здесь важно было при окаменении соблюдать очерёдность, потом её восстанавливать в таком же порядке. А главное, запечатать душу, чтобы она после смерти не покинула свою каменную тюрьму. Но это лишь в том случае, если маг планировал позднее оживить окаменелое существо или человека. Иначе без души возвращать кого бы то ни было ни имело смысла, это уже был безвольный раб или неподконтрольное существо. Кайла недавно освоила при помощи Фросечки печать души. Вот только её стоило отработать на филигранность и скорость, но пока сделать это было весьма затруднительно. Не было подопытного материала под рукой, тех самых монстров, которых было б не жаль.
