Он поворачивает меня, мягко водит мочалкой по спине круговыми движениями. Пальцы задерживаются на выступающих ключицах, он издает звук, похожий на неприятие факта того, как сильно я похудела. Меня поражает, насколько я важна для него, но и он тоже значит для меня многое. Мои скандалы не стоят выеденного яйца, в основном это привлечение внимания.
— Я люблю тебя. — Поворачиваюсь, забирая у него мочалку, и касаюсь его живота. — Этого должно быть достаточно для нас.
Влажные капли стекают по его черным волосам, глаза опущены вниз, он будто увлечен рассматриванием, как мыльная вода сливается в сточную трубу. Лицо превратилось в маску печали, что никак не вяжется с произошедшим минуту назад. Бросаю на пол губку, хватаю Гранта за подбородок и заставляю смотреть на меня.
— Я обещаю держаться до последнего, тебе больше не придется ждать. Хорошо? Забудем о пирамиде, знаках и прочем. — Он недоверчиво хмурится. — Никаких больше жертв.
Глаза скользят по моему лицу, затем он тянется к крану и выключает воду. Выходит, первым из душевой кабины, протягивает мне сначала руку, затем полотенце, надежно запутывая в нем. На себя накидывает халат, и мы вместе выходим в комнату, оставляя влажные следы от воды. Молчаливый Грант еще хуже взрывного, ожидать от этого человека надо чего угодно. Остановившись посередине комнаты, наблюдаю, как он проходит, вытирается и начинает надевать вещи. Привычная белая рубашка, черные брюки и пиджак завершают его идеальный внешний вид. Расческой он проводит по влажным волосам, убирая отросшие локоны назад. Делаю успокоительный вдох, медленно подхожу к нему и обнимаю со спины, прижавшись щекой к его лопатке.
— Нельзя быть таким красивым и совершенным, это противозаконно, — тихо говорю я. — Знаю, что ты не веришь мне, но постараюсь ради тебя.
Грант остаётся верным себе, усмехнувшись, поворачивается, запечатлев ласковый и такой уже привычный поцелуй на моем виске.
— В шкафу висит твое платье, надень, пожалуйста, и спустись вниз. — Слежу за тем, как он затягивает шнурки на своей обуви и выходит за двери.
С трудом понимаю, что делать дальше, куда двигаться в наших отношениях. Ком встает в горле, опускаясь разочарованием все ниже. Грант слишком дорог мне, испытывать судьбу и повторить ошибку… Я сойду с ума, если с ним что-то случится. Стараюсь не вспоминать о родителях, Матео и Саванне. Этого больше не повторится, не с нами! Становлюсь напротив зеркала, привожу себя в порядок. Высушив волосы, расчёсываю их, аккуратно укладываю при помощи липкого моделирующего воска. Локоны цвета воронова крыла спадают до самой талии, тушь делает мои глаза еще выразительней и больше. Губы выделяю нежно-розовой помадой и стираю немного салфеткой, убирая лишний блеск. Подхожу к шкафу. Дверь едет в сторону, представляя передо мной новое платье, которого не было в моем гардеробе. Мягкая атласная ткань глубокого сиреневого цвета скользит между пальцами. Снимаю его с плечиков и надеваю на себя, скрещивая лямки на спине.
Снизу доносится нежная мелодия такой знакомой певицы, замираю на секунду, наслаждаясь мотивом. ShaniaTwain — Whenyoukissme, эту песню я затирала до дыр лет в тринадцать. Каждый раз я пряталась в своей комнате, доставала дневник и вносила коррективы, втайне мечтая, что однажды в одном из своих будущих путешествий встречу того, кто будет моей судьбой.
Выхожу на балкон, опираюсь на перила, чтобы увидеть сотни сиреневых и серебряных шаров, заполняющих все пространство. Даже бассейн полон ими. Человек, стоящий напротив балкона с руками в карманах, не сводит с меня глаз. Он серьезен и сосредоточен. Зажигаются огни, освещая дорожку, ведущую от отеля к нему, не в силах больше оставаться в стороне, бегу босиком из номера. Постояльцы шарахаются в сторону, когда я пролетаю мимо них, едва не сшибая. Перед открытыми дверьми из отеля кладу руку на живот и вбираю воздух, успокаивая бешено бьющееся сердце, отдающее моментальным острым уколом. Поправляю волосы и теперь уже медленно иду под музыку к мужчине, стоящему на том же месте. На моем лице сияет восхищенная и счастливая улыбка.
Грант протягивает руку, моя кисть теряется в его широкой ладони, тела соприкасаются. Мужчина прижимает меня к себе и начинает медленно покачиваться в такт мелодии.
— Все слова теряют смысл, — говорит мне на ухо Грант. — Обещания, ожидания, все это пустое. Сейчас у нас есть это мгновение. У мгновения есть вечность, к которой нам надо стремиться.
Я слушаю его, сглатывая подступающие слезы к глазам.
— Жизнь слишком коротка, что для нас этот отрезок времени? Как и для других любящих и влюбленных. Сколько раз я встречал тебя, мне не хватало времени, проведенного с тобой. Ты была такой разной, но в тоже время знакомой и родной. Я дышал тобой, проникал в твою жизнь, готовый сражаться за тебя. Потом ждал и злился. — Его рука ласково гладит мою поясницу, губы напротив моего уха. — Обещал, что все измениться, мы поменяемся местами, и тогда тебе придется переживать все то, что чувствовал я. Но я ошибался.
