Максим Малявин в психиатрии около двух десятков лет. В последние годы известен в Рунете; вместе с женой Оксаной, тоже психиатром, ведет в Живом Журнале «Блог добрых психиатров». Если верить довольно расхожей сентенции, то в психиатрии кто первый надел халат и занял место по нужную сторону рабочего стола – тот и доктор. По слухам, желательно еще иметь кое-какое представление о матчасти: кого заслуженно, а не со зла, назвать дебилом, кого – параноиком. С халатом проще – можно запастись заранее в магазине спецодежды. Что же касается матчасти – я дам вам… нет, не парабеллум. И пулемета тоже не дам, извините, ребята. А вот тот объем информации, который должен иметь любой начинающий психиатр,– это пожалуйста. Причем изложу его так, чтобы было понятно даже тому, кто сроду отношение к медицине имел в лучшем случае в качестве пациента. Что же до полноты сведений – знайте: прочитав эту книгу, уже многие студенты успешно сдали экзамен по психиатрии. Останется лишь научиться быстро надевать халат.
Под грустное мычание, под грозное рычание,
Под дружеское ржание рождается на свет…
Любой предмет можно изложить скучно, сухо и непонятно. А можно – весело, увлекательно и доступно. Вспомните хотя бы пособие по географии Швеции. Не читали? Да не может быть! А «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями», написанное Сельмой Лагерлеф? Да-да, это именно учебник географии для шведских первоклассников.
Психиатрия, как и все прочие дисциплины, невероятно интересна. Правда, знания ее погребены под культурным слоем малопонятных терминов – это очень удобно, когда надо блеснуть уровнем общей осведомленности, либо коротко и доступно (для посвященных) обрисовать клиническую картину, либо произвести неизгладимое впечатление на собеседника.
Моя задача – попытаться изложить психиатрию так, чтобы она стала понятной любому читателю, не растеряв при этом тех тонкостей и подробностей, что были бы важны для специалиста. И пояснить, наконец, откуда взялись все эти загадочные термины.
Начну с описания общей психопатологии – с описания симптомов и синдромов, которые вообще в психиатрии встречаются и из которых складывается клиническая картина болезни, а уже потом перейду к психопатологии частной, то есть к описанию собственно психических болезней.
Говорят, что пятидесятые годы кардинально изменили облик психиатрии. Почему? Да потому, что появился
Закономерный вопрос: чем же лечили пациентов психиатрических больниц до пятидесятых годов? Приведу краткий обзор методов – чтобы вы составили о них общее представление.
Древние греки к психически больным были довольно суровы – могли и камнями побить. По некоторым сведениям, особо бесноватых они даже заковывали в цепи или сажали на электрического ската (как видим, основы электросудорожной терапии восходят к пятому веку до нашей эры).
Римляне предлагали свои варианты: следить, чтобы не было запоров (это при меланхолии), связывать и держать в темноте (при буйстве и неистовстве), давать рвотное средство и вовремя связывать при галлюцинациях и бреде (если не помогает, прописывать «лечебное голодание и целебные люли», рекомендовал Цельс[2]). А эпилепсию предлагали лечить кровью гладиатора. Нет-нет, не проливать. То есть проливать, конечно, а потом поить ею умалишенного.
Довольно разнообразны были подходы к лечению душевных болезней в средневековой Европе. Больных часто содержали при монастырях и пользовали экзорцизмом. Каленое железо и лечебное аутодафе применялись нечасто. Для лечения меланхолии предлагали съесть свиное сердце, фаршированное целебными травами. Применялись также розги (дабы переключить мысли больного на телесное неудобство), горчичники на всю персону (для разжижения крови, застоявшейся при меланхолии), кровопускания и, как акт снисхождения, – теплые ванны. В Швейцарии, в приюте в окрестностях Цюриха, практиковалось содержание на цепи и ежедневная выдача вина в лечебных целях. Чемеричная вода использовалась довольно широко – как от вшей на голове, так и от «тараканов» внутри (сейчас ее, кстати, иногда подливают алкоголикам заботливые жены, в полном соответствии с прилагаемой инструкцией).
В Европе XVIII века продолжают активно пользоваться чемеричной водой (она применялась в психиатрии еще долго) и практикуют холодные обливания. Англичане вместо веревок и кандалов начинают использовать смирительный жилет – прообраз смирительной рубашки. Правда, в Бедлам[3] все еще пускают зевак (по одному пенсу за вход), и в выходные здесь аншлаг. Французы, стараниями Филиппа Пинеля[4], тоже отказываются от содержания больных в кандалах и начинают использовать смирительные рубашки – к началу XIX века. Фасон этого рода одежды актуален и по сей день.
