С развитием психоанализа Зигмунд Фрейд все чаще обращался к культурологии, применяя психоаналитический подход к проблемам культуры и человеческой психологии в ее контексте. В настоящий сборник вошли основные работы Фрейда по психологии культуры – помимо прочего, труд «Будущее одной иллюзии», посвященный судьбе религии в современном мире; программный трактат «Неприятие культуры», где Фрейд рассуждает о неизбывном конфликте человека с цивилизацией, которая принуждает любого члена общества к труду и подавлению естественных влечений – сексуальных и деструктивных; «Человек по имени Моисей и монотеизм» – плод многолетнего интереса Фрейда к личности и мифу пророка Моисея как центральной фигуры еврейской и христианской мифологии; открытое письмо Альберту Эйнштейну о природе войны; и другие работы, посвященные динамическим отношениям культуры и ее носителей.Некоторые работы в этом сборнике публикуются в новом переводе.
Sigmund Freud
DIE ZUKUNFT EINER ILLUSION.
DAS UNBEHAGEN IN DER KULTUR.
DER MANN MOSES UND DIE MONOTHEISTISCHE RELIGION.
ZWANGSHANDLUNGEN UND RELIGIONSUBUNGEN.
DIE «KULTURELLE» SEXUALMORAL UND DIE MODERNE NERVOSITAT.
ZEITGEMASSES UBER KRIEG UND TOD.
UBER EINE WELTANSCHAUUNG.
EIN RELIGIOSES ERLEBNIS.
ZUR GEWINNUNG DES FEUERS.
WARUM KRIEG?
Издательство КоЛибри®
Основы подхода к ней Фрейд изложил в «Тотеме и табу», но прежде чем коротко представить их, необходимо остановиться на причинах столь резкого поворота. Разобраться же в мотивах экспансии психоаналитика в новую для себя исследовательскую область не слишком трудно.
Во-первых, Фрейд и сам не раз объяснял этот свой «кульбит». На склоне лет он честно признавался, что никогда не чувствовал себя по-настоящему врачом и что со временем его интересы вернулись к проблемам культуры, которые изрядно привлекали внимание едва начавшего самостоятельно размышлять юношу. Фрейд утверждает: «Уже на пике психоаналитической деятельности в 1912 г. в „Тотеме и табу“ я попытался использовать только что добытые психоаналитические представления для исследования происхождения религии и нравственности. Два более поздних очерка – „Будущее одной иллюзии“ (1927) и „Неприятие культуры“ (1930) – продолжили данное направление этой работы»[1]. Такая смена интересов – явление в науке не редкое: достаточно вспомнить о повороте Сократа от космологии к антропологии или о преобразовании докритического Канта в критического. В данном же случае интересен тот факт, что Фрейд ввел в психологию представление о «возвращении вытесненного», очень напоминающее о перемене, произошедшей с ним, и вполне возможно, что свое открытие психоаналитик сделал, как и в случае с механизмами сновидения, на основании самоанализа.
У этого события, позволившего составить данный сборник, были, разумеется, и более мелкие причины. Скажу только о некоторых (да и то бегло).
Видимо, ближайшим поводом стало появление книги К. Г. Юнга «Трансформация и символы либидо» (1912), в которой этот швейцарский психолог на материале древней мифологии ревизовал фрейдовское учение о бессознательном и о либидо. Фрейд, радевший о чистоте своих концепций, был вынужден опровергать эту юнговскую попытку, и ему пришлось последовать за ним в глубины древней культуры.
Кроме того, Фрейд оказался заботливым отцом не только для своих шестерых детей, но и для своего главного духовного детища – психоанализа. А поскольку профессиональное сообщество либо слишком долго (около четверти века) игнорировало психоанализ, либо даже жестко его отвергало, Фрейду пришлось основать собственное научное объединение (в 1908 г. состоялся первый международный съезд психоаналитиков) и по возможности позаботиться о создании благоприятного общественного мнения о нем. С этой целью параллельно трудам, предназначенным для специалистов, он публикует рассчитанные на широкого читателя научно-популярные сочинения. Так, год спустя после выхода плохо и долго продававшегося «Толкования сновидений» он публикует книгу о повседневных ошибочных действиях (оговорках, описках и т. п.) – «Психопатологию обыденной жизни», которая стала, видимо, самым популярным его произведением. А рукописи «Трех очерков сексуальности» и «Остроумия и его отношения к бессознательному», куда он включил немало собранных им самим еврейских анекдотов, вообще создавались одновременно и вышли одна за другой в 1905 г.
