Эрону очень хотелось, чтобы Мурек подбодрил его. Он понимал, что менять что-то в паме опасно, и он это делает на свой страх и риск, вопреки советам окружающих. Если отец узнает, то придет в бешенство. Возможно, все, кто отговаривает его от операции, правы, а он делает ошибку. Но с другой стороны, тот, кто хочет вырасти и Добиться чего-то в огромной Галактике, не должен упускать ни единого шанса получить преимущество над другими. Как трудно переживать все это в одиночку! Ну что стоит Муреку просто сказать, что все в порядке, и успокоить его! Но дурацкий пришелец ни за что так не скажет, потому что наверняка знает, знает об их ночи с Немией! Как же он узнал? Немия ни за что бы не призналась! Нет, Мурек просто не может знать, однако знает — это видно по его глазам… Так или иначе, Эрон не собирался ни в чем признаваться. Операции ничто не должно помешать! Но сейчас, когда страшный час неумолимо приближался, ему вдруг стало страшно. Ну пожалуйста, пусть кто-нибудь скажет, что все будет хорошо!
Ветер дул порывами, бросая в лицо колючую снежную крупу. Они подошли к синему четырехместному аэрокару с изменяемой геометрией крыла. Автоматическая система опознала Мурека и пропустила их в кабину. С фотографии, забытой кем-то на панели управления, улыбался младенец. Колпак кабины захлопнулся, заработал воздушный насос, и автоматический голос осведомился о месте назначения.
— Я поведу сам, — сказал Мурек, сбрасывая кислородную маску. Он повернулся к ученику. — Сделаем круг над озером? Мы так и не успели полюбоваться здешними видами.
Эрон не возражал — не хотелось в этот ответственный момент спорить с человеком, от которого так много зависело. Он с сожалением вспомнил о том, как часто дерзил учителю. Мурек резко поднял машину в воздух, и их сильно прижало к креслам. Мальчик невольно стал перечислять имена великих императоров прошлого, моля их о защите. Даже тысячелетия психоистории не смогли до конца искоренить этих древних заклинаний. Наконец он не выдержал и взмолился:
— Может, лучше на автопилоте?
Как странно, что в аэрокаре не предусмотрено защиты от опасного вождения!
— Слишком скучно, — ответил наставник, выравнивая машину высоко над вершинами гор.
Ледяная голубизна озера расстилалась по левую сторону, направо уходили холмы, рассеченные руслами рек. Сквозь облака проглядывали пятна растительности ярко-зеленого ненатурального оттенка. В черном дневном небе сияли сверхъестественно яркие звезды. Все цвета на этой планете были какими-то неправильными. И как только нормальные люди могли поселиться в таком странном мире!
Сумасшедший пилот сделал широкий круг над озером и развернул аэрокар в сторону каменистой равнины. Он не говорил ни слова, только смотрел вперед. Внизу не было никаких признаков цивилизации. Они постепенно снижались, погрузившись в фантастический мир облаков, пока тугие белые вихри не окружили их со всех сторон. Пальцы пришельца — Эрон знал, что они могут двигаться быстрее бластера и писать уравнения быстрее, чем глаза могут их прочитать, — начали ловко орудовать навигационными инструментами, переводя аэрокар в режим автопилотирования, чтобы заняться более срочными делами. Стекло кабины потеряло прозрачность и стало молочно-белым. Они были как цыплята внутри яйца.
— Куда мы летим? — Неужели Мурек решил отменить операцию?
Наставник лишь улыбнулся, раскрыл ладонь и показал ему крошечный приборчик размером с пуговицу.
— Он подавляет датчики движения в твоем паме. Не бойся, это не вредно. Тебе не стоит знать, куда мы летим, — то, что мы собираемся делать, не совсем законно.
Эрон так оробел, что не смел возражать. Всю дорогу ему не терпелось задать один вопрос, но выговорить имя Немии в присутствии Мурека было слишком страшно.
— Немия там будет? — решился он наконец.
Ей он теперь доверял больше, чем своему спутнику-пришельцу.
— Нет. Немия уважает закон. Операцию будет делать Ригон, он справится, не беспокойся. — Мурек помолчал. — Погоди, я немного почитаю.
Его взгляд застыл. Некоторое время ослепительно белое спокойствие яичной скорлупы нарушалось лишь свистом турбин да редкими воздушными ямами.
Эрон попытался отвлечься от тревожных мыслей и представить себе города и древние имперские руины, над которыми они пролетали, но мог думать только об обнаженном теле Немии. Оно стояло перед глазами, как живое. Он приказал картинке исчезнуть, но пам лишь увеличил разрешение и стал поворачивать ее, давая возможность рассмотреть получше.
Наконец наставник вышел из ступора и толкнул мальчика локтем.
— Ну как? Ты что-то затих…
— Нормально.
— Нервничаешь?
— Нет.
Эрон чувствовал присутствие Немии на заднем сиденье, но старался не поворачивать головы. Он твердо знал, что ее там быть не может.
— В чем дело? Скажи.
— Все в порядке.
— Я просто уточнил предварительные процедуры. Очень важно, чтобы перед операцией ты был в спокойном состоянии. Я предвидел, что с этим будут проблемы, и захватил с собой аппарат, который поможет тебе успокоиться.
— Да я спокоен! — раздраженно воскликнул Эрон.
