М а л а х о в. Я просто пытаюсь рассмотреть картину в целом. Думаю, и тебе хочется того же. Очевидно, Эрику понадобился артефакт. Для его изъятия у Кравчука он устроил твой побег. Вот только от кого Эрик мог прознать о твоих способностях и месте заключения? (Пожимает плечами.) На первый взгляд, вариантов масса. Особенно для телепата. Однако фактически о пребывании гипервитала на Объекте-17 знал достаточно ограниченный круг лиц. Мы с Эдуардом Евгеньевичем решили потянуть за эту ниточку. Она привела нас к полковнику Крысину, начальнику одного из отделов Службы экономической безопасности. В свое время он запросил дату и время твоего конвоирования, а также личные данные конвойных. Как мы установили, с такой просьбой к нему обратился Всеволод Петрович Сухоставский, известный политик и по совместительству покровитель Кравчука. Вот только в отношении тебя Крысин никаких данных более не собирал. Значит, не от него Эрик получил информацию о тебе. Я пообщался с Сухоставским незадолго до его гибели и обнаружил на нем ментальную заплатку — след, остающийся от перманентного телепатического воздействия. Уверен, это «автограф» Эрика. Кравчук занимался разработками перспективной технологии, топливом для которой служил украденный тобой артефакт. Сухоставский оказывал ему всестороннюю поддержку. И вот как я вижу цепочку событий. Эрик каким-то образом — возможно, даже от самого Сухоставского — узнает об артефакте и планирует присвоить его себе. Объект представляет опасность для обычного человека, но, я уверен, абсолютно безвреден для тебя. Азиат использует Сухоставского не только для получения информации о местонахождении предмета. Сухой — человек с обширными связями. Эрик приказывает ему выяснить о твоем конвоировании, тем самым оставаясь в тени. Ведь к Крысину обратился именно Сухоставский, и это к нему в случае расследования должны были заявиться опера. Единственное, что пока неясно, от кого Эрик узнал о твоем существовании в принципе. Собрав всю необходимую информацию, азиат заблаговременно программирует конвойных и при телепатическом контакте передает тебе слово для отключения их двигательных функций. Он рассчитывает, что, оставаясь в долгу за освобождение, ты выкрадешь артефакт Кравчука.
А р т е м. Я уже говорил, что ничего ему не должен. Хотя он торговался именно на этом. Я сам изменил условия сделки. Потребовал, чтобы мне выдали вас. Они быстро согласились.
М а л а х о в. Они?
А р т е м. О да, дядя Вова, они. Ведь не думаешь же ты, что Эрик в одиночку замутил такое?
М а л а х о в. Разумеется, нет. За Эриком стоит именно тот человек, который всегда знал о тебе, об Объекте-17…
А р т е м. Человек? Один человек?! Тебе давно пора было вылезти из панциря. За Эриком далеко не один человек, дядя Вова. У вас под носом развивается целая подпольная сеть телепатов. Группа психокинетиков. Я не знаю их целей, но вот вывеска мне пришлась по душе. Они называют себя «Псион».
Молчание.
М а л а х о в (скрывая изумление). Как?
А р т е м (ухмыляясь). Неприятно, наверное, да? Они производят впечатление высокоорганизованной группы. Слаженной, со вполне четким кругом задач. Свой информационный центр, своя агентура. Они выдали мне, где вас найти, и предложили вступить в их стройные ряды.
М а л а х о в (размышляя вслух). Агентура «Псиона»… разветвленная сеть… Ну конечно! Теперь все ясно! (Машинально отрывает руки от столешницы.)
Артем вскакивает, вытягивая руку с пистолетом.
А р т е м. Ну-ка не дергайся!
М а л а х о в. Послушай меня!
А р т е м. Положи руки!
Г р о м о в (Артему). Лапшин, не кипешуй!
М а л а х о в. Артем, ответь на вопрос!
Г р о м о в (Малахову). Данилыч, ты тоже не дуркуй!
А р т е м. Положи руки на стол!
Г р о м о в (Малахову). Данилыч!
Артем взводит курок.
М а л а х о в. Просто ответь на вопрос!
Г р о м о в (Малахову). Да опусти ты чертовы руки на стол! (Артему.) Лапшин, спрячь пушку!
А р т е м. Хватит болтать! Я достаточно выяснил!
М а л а х о в. А как ты узнал, что мы окажемся здесь?!
А р т е м. Хватит вопросов!
М а л а х о в (поднимаясь со своего места). Как ты узнал, что мы будем здесь, Артем? (Молчание.) От Эрика, верно? Он сказал, что мы двое будем здесь?
А р т е м (нехотя). Да.
М а л а х о в. Что «да»? Он сказал, тут будем мы — Эдуард Евгеньевич и я?
А р т е м. Да.
М а л а х о в. Только мы двое?
А р т е м (громко) Да, твою мать, вы двое! Ты и Громов! Еще повторить?!
М а л а х о в (улыбаясь). А вот это любопытно. Потому что сегодня утром, в девять часов по Москве, в этой самой комнате мы должны были встретиться с Артуром Волжанским. Он позвонил вчера вечером, немногим позже твоего налета на Кравчука, и договорился о встрече. Якобы собирался предоставить список известных ему телепатов. (Разводит руками.) Но, как видишь, здесь его нет, и на звонки Артур Валентинович не отвечает.
