Психолог для дракона полностью

Как в кошмарном сне Лера смотрела на принужденные улыбки гостей, неискренне поздравляющих Золотого Дракона с официальной помолвкой и еще более неискренне желающих ему счастья. Закружились в танце первые пары, а Гленвиар всё принимал поздравления, продолжая сиять безмерно счастливой улыбкой. Улыбкой, обращенной не к Лере и озаренной счастьем, связанным не с ней.

«Прошедшая ночь мне пригрезилась? — пыталась собрать осколки разбитого сердца Лера. — Или все проще: мне в очередной раз популярно объяснили, что дракон — не человек? Жестоко объяснили, так, чтоб запомнила навсегда. Дракон не подвержен слащавым чувствам, он действует согласно продуманному плану, невзирая на обстоятельства. А какой план давно продуман? Обрести счастье в браке, женившись на одной из девушек-невест! Он же говорил: „Я давно обещал Эриасу, что безропотно женюсь на той, чье имя ты назовешь мне“, и я назвала ему имя — имя Амалии. Я спрашивала, уверен ли он в своем выборе, и он заявил, что уверен, а потом сказал, услышав из моих уст ее имя: „Я так и думал, рад, что не ошибся“. Я могла бы давно сообразить, кого он выбрал в жены, но вместо этого пыталась оценивать его по поступкам, как человека, забыв, что он таковым не является. Устраивая свою личную жизнь, Гленвиар поступил в полном соответствии с планом и рекомендациями специалиста, то бишь моими собственными рекомендациями. Это у женщин одна ночь может изменить всю жизнь, а мужчине такое в голову не придет. Проснулся утром с одной, а предложение о браке сделал днем другой — вполне обычная ситуация с точки зрения мужской психологии: как говорится, любим одних, а женимся на других. Для драконов это особенно верно — они существа по природе своей не моногамные. Всегда знала, что брак и любовь — понятия для Гленвиара не взаимосвязанные. Я призналась ему в любви — отлично, он запишет меня любовницей, временно заменяющей ему гарем, при чем тут давно решенный вопрос с браком, верно?»

Лера не знала, сколько времени она провела, сидя на полу, бездумно уставившись в стену и раскачиваясь из стороны в сторону от нестерпимой душевной боли.

«Гленвиар вчера отказался быть моим клиентом, но магический договор нас по-прежнему связывает: счастье в обмен на жизнь Алеши. Мои наивные надежды, что счастье дракону принесу я в качестве его жены, а не психолога-консультанта, развеялись как дым, так что, получается, дракон всё еще мой клиент, что бы он ни говорил вчера?»

Так муторно и противно на душе Леры не было даже после измены мужа. Что ей теперь делать? Логичный ответ: дождаться свадьбы, брачной ночи Гленвиара и Амалии, обретения драконом крыльев и излечения сына — был мучителен для ее влюбленного сердца, но, похоже, альтернативы просто нет, Алеша должен выздороветь!

А если дракон захочет, чтобы до свадьбы она согревала его постель?

«Если от этого будет зависеть степень его счастья, то буду согревать, — жестко ответила себе Лера. — Я сама поставила себя в положение сексуальной игрушки клиента, так что теперь он будет играться мной, пока не исполнит условия договора — только тогда я смогу покинуть дворец и вернуться на Землю. Все преходяще, и только любовь к детям вечна. Я смогу пережить все, я обещала себе это раньше».

Она встала, пошатываясь и ощутив на щеках соленую влагу бегущих ручьем слез. Ах, почему она не поговорила с Гленвиаром вчера, почему ее эмоции так затмили разум, что она мигом забыла об обещании, которое дала Селиану — еще одному пострадавшему в этой безумной затее со счастливым браком на заказ!

«И вспомнила об этом обещании только сейчас, когда сама умираю ог горя, а ночью мне и дела не было до чужих забот — счастье эгоистично. Догадываюсь, о чем хотела рассказать Амалия, когда на нее наложили заклятие молчания: женишок поведал ей, что его „счастливый брак“ будет включать в себя три элемента — мужа, жену и любовницу».

Визор продолжал трансляцию бала, который подходил к завершению: счастливая пара Золотого Дракона и его избранницы давно покинула зал, разошлись по своим делам и все гости-драконы. Лера убрала из паза накопитель магии, отключив визор, и двинулась к дверям. Атмосфера этой спальни, где совсем недавно она испытала невероятное блаженство и счастье любви, теперь давила на плечи, словно она — дракон в чужой стране.

Распахнув двери, она шагнула за порог и наткнулась на бородатого воина, удивленно взирающего на нее. Потом взгляд охранника посуровел, и он сказал строго:

— Вам приказано не покидать покои повелителя. Вернитесь.

Не описать бурю чувств, взметнувшихся в Лере при этом ультимативном требовании! Гленвиар только что утратил право ей приказывать на основании того, что он ее близкий человек, а иных оснований раздавать ей приказы у него никогда и не было!