— Поэтому нам нужно самим начать зарабатывать. Вначале на наливках. Процент от продаж будет оседать в ваших карманах. Часть прибыли мы будем вкладывать в новые предприятия. В том числе и в женское белье.
Я поднялась:
— А теперь, членам нашей организации, предлагаю устроить соревнование: кто больше продаст наливок за завтрашний день. А вознаграждение будет, — я помахала листочком с нарисованными образцами белья, — вариант этого шикарного комплекта. Кто за?
Девочки одновременно подняли руки и стали жадно пожирать глазами нарисованных тёток в коротких пеньюарах и микроскопических трусиках.
— Это что? — восхищенно спросила Рыбка.
— А это то, что заставит твоего мужа дома сидеть, а не по бабам бегать.
— Рыбке хорошо, у нее муж есть. А мне он зачем? — грустно хлюпнула носом Динь-Динь. — Вот кто меня возьмет.
И она выпустила из-под глухого платка прядь ярко- рыжих волос.
— Замучилась уже мукой пудрить. А замуж хочется, — всхлипнула рыжая, — и пожаловаться некому.
Фей, пивший с нами наравне, взлетел как в замедленной съемке и завис напротив печальной Динь-Динь, завороженно уставившись на её прядь волос.
— Нет! — вскинул он ко лбу руку и, театрально отвернувшись, продекламировал: — Разве можно прятать такую красоту? Это преступление!
Даже сквозь маску было видно, что родственница Светика зарделась:
— Что это вы такое говорите? Вы меня без маски и не видели еще.
Фей, подбоченясь, подлетел к ушку девушки и пропел:
— Я сердцем чувствую такую красоту. Вы знаете, уважаемая Динь-Динь, что рыжий цвет — это не цвет волос, — он поднял ручку с указательным пальцем и покачал им, — это состояние души. И я наконец-то нашел родственную!
Он подлетел поближе и что-то стал нашептывать Рыбке на ушко.
Мы с остальными переглянулись. Судя по всему, и новая сестра, и бармен были потеряны для тайного общества. Они даже не заметили, как мы пересели к камину.
— Девушки, — продолжила я, — возвращаемся к комплектам. Это прежде всего себе нужно, чтоб почувствовать себя красоткой. А когда ты знаешь, что у тебя под одеждой, ты и в одежде будешь выглядеть сногсшибательно. Все вокруг будут чувствовать твою уверенность в себе и… — я сделала паузу, — некую тайну. У меня в корзине с десяток наливок. Сейчас Киру отправлю за оставшимися. Хранить бутылки будем здесь. У нас же еще принц в деле.
Я отправила служанку в покои за оставшимся товаром, и когда запыхавшаяся Кира приволокла две полные корзины бутыльков с наливками, то стала выставлять их прямо на пол. Только расставила, как в дверь раздалось:
—Тра-та-та, та та, тра-та-та.
— Не поняла, — размышляла я вслух. — Это условный стук покупателей от принца. Но их время с 12:00 до 15:00.
Я подошла к двери и склонилась к замочной скважине. За ней виднелся чей-то глаз. Потом возникли губы, и до нас донёсся шёпот:
— Я от принца. Хочу приобрести три, нет, четыре бутылька «Яиц дракона».
— А ничего, что время продаж с 12:00 до 15:00, а сейчас уже вечер? — повозмущалась я для порядка.
— Готов платить две цены, — донеслось до меня. — Боюсь, что к завтра всё разберут.
Потом неизвестный помялся и продолжил:
— Вообще-то нас уже здесь человек десять в очереди.
Я развела руками и приоткрыла дверь. Кира вручала бутыльки и принимала деньги. Видимо, набежали ещё и послышались возмущённые крики издалека:
— Один бутылёк в одни руки! Нам же не хватит!
Через минут десять пол опустел, а за дверью возмущалась неудовлетворённая толпа мужиков.
— Расходитесь, господа. Возвращайтесь завтра к 12. А кто будет сильно орать — в черный список запишу и ничего не получите, — грозно прошипела я в щель.
Толпа орать перестала, но стала, шушукаясь, составлять списки. Договорились дежурить по очереди, чтобы не пропустить особенно наглых.
Я вернулась к девушкам:
— Мне кажется, в наших соревнованиях выиграл принц. Может, ему тоже комплект приготовить новый вид трусов, не до колен, а укороченный вариант? Отправить с друзьями купаться и прорекламировать ненароком.
И я набросала варианты.
У Спортсменки-Юлика загорелись глаза:
— Девочки, это золотое дно! Можно же салоны организовать для женщин и для мужчин, и приватные комнаты для пар, чтобы вместе выбирать. Всегда мечтала стать законодательницей моды!
— А я бы салон для полненьких открыла, — забормотала Пышка, — и назвала бы «Лакомый кусочек».
Рыбка загорелась:
— А я сама хочу это носить! И только попробует мой теперь на сторону бегать.
А потом случилось это.
Во время обсуждения мы совсем упустили из вида братство рыжих. И только когда послышался шум брошенной на стол маски и Динь-Динь решительно поднялась, мы решили повернуться в их сторону.
Наш пьяненький единственный мужчина взмахнул палочкой, розовые искры посыпались из нее, облаком осыпав рыжеволосую девушку, потом чпок… и напротив нашего Горного Орла повисла прехорошенькая фея в зелененьком платьице.
Мы обомлели.
— Пипец, — прошептала Кирра-Айриша, — что я тёте скажу? Интересно, а обратно можно?
— Нельзя, — медленно проговорила я, уставившись на бросившихся в объятья друг друга фей. — Ты же помнишь: один человек — одно желание. Ну, наш Орел дает!