Джарлетт сгонял в соседнюю империю, купил и притащил в лапах породистого скакуна для разведения. Правда, у того после полета нервный срыв был, и нам пришлось его успокоительными дня три отпаивать, но потом коник развернулся не на шутку.
Периодически мой любимый тоже участвовал в скачках, и я всегда, сцепив зубы, ставила на него, даже зная, что его лошадь не победит, ну что не сделаешь ради мужа. Даже если он не прав, все равно буду стоять сзади и подавать ему патроны.
А потом у нас родились тройняшки. Черноволосые, похожие на своего отца драконята. Только доча смотрела на меня моими голубыми глазами.
Принц сдуру решил присутствовать при родах. Пригласили повитух и лекарей. И когда мой бесстрашный гонитель пиратов в третий раз выпал в обморок, я не выдержала и взмолилась:
— Отнесите вы его тушку уж куда-нибудь и заприте до поры до времени. Мне уже рожать скоро, а вы решить не можете, кому помогать, мне или ему. Джарлетт, когда очнулся, начал двери выносить, чтобы опять бухнуться к моим ногам в спасительном забвении. Но двери были крепкие, дубовые, и когда он их разнес и ворвался в мои покои, ему вручили три орущих свертка.
Ну, естественно, к Джарлетту прибыла делегация из дворца с предложением принять опять корону, но мне так понравилось жить вдалеке от свекрови, что я категорически помотала головой. Императрица все еще дулась, точнее, не так. Уже она и рада была наладить отношения, но как это сделать, чтобы не потерять лицо — не знала. А мне было не до того.
Мне помогали все, кто только мог. И девочки возились с малышами, про Джарлетта и говорить не стоит. Он проштудировал все книги про воспитание драконят и выучил их всё наизусть. Помогал их укачивать ночами, когда они мучились коликами. Потом его боевое братство организовало даже дежурство в ночные часы. В три месяца, по словам мужа, у драконьих младенцев начинали зреть в желудке огненные камни, которые приводили к вздутию их сладких животиков. Помогало катание в коляске по булыжной мостовой. Старейшины отгородили ближайший квартал высоким забором, чтобы гости случайно не забрели на центральную площадь и не испугались вида трех увешанных оружием воинов, гуляющих далеко за полночь с детскими колясками и поющих низкими голосами:
— Баю-баюшки-баю, не ложися на краю,
Придет серенький волчок и получит по башке.
Если бы не знала — сама бы оторопела от такого зрелища.
В весе после беременности я прибавила. Килограмм десять точно, но когда я раздумывала, худеть или не худеть, Джарлетт резко возразил и показал кулак летающему рядом фею:
— Я всю жизнь любил полных блондинок. Не вздумай, фей, даже палочку на эту тему доставать и разбивать мою голубую мечту о такой жене.
Спа-центр отстроился. Фей зачаровал кучу бассейнов, и места в оздоровительный центр бронировали за полгода. Даже император был замечен на лежаках.
Филиал женского клуба расцвел и здесь. Один раз в неделю я уходила расслабиться. Мы играли в игры, веселились, обсуждали дела. Ну, очень прижалась здесь мафия. Обозвали мы её, правда, пираты.
Малыши подрастали, и я думала, что все самое сложное позади. Джарлетт, кстати, сам придумал для них имена, только называли их потом по-моему. Егорондор — стал Гошей, Алексондор — Лексом, а Екатиндора — Катюней. У фея с Динь-Динь родились огненно рыжие Инь и Янь. Месяцев в шесть дети поползли, и самой безупречной нянькой стала Люська. Ее бедную и за хвост таскали, и уши обсасывали, но наша геройская псинка героически вылизывала новых хозяев, и частенько я находила боевую троицу уснувшей на собачьей лежанке в обнимку с её владелицей.
Дети даже не пошли в год, они побежали. И как тараканы разбегались по комнатам. В тот момент я уже бурно радовалась такому количеству гостей у нас дома: кто-нибудь да выловит детей из прудика во внутреннем дворе, снимет с дерева или вытащит из подкопа под забором. Мало того, к нашим присоединились еще и фейчата. Подзуживая друг друга, эта пятерка познавала мир.
Среди наших бесчисленных друзей лишь император был готов в детской и спать, и есть, и жить. Его Величество не смущали бесконечные косички и бантики в черных с проседью волосах, и то, что иногда даже жесткая мочалка не могла содрать с его лица ритуальные рисунки наших юных художников. Только императрица так и не показывалась. Да, мы, женщины, — сложные существа. А мама все не могла простить непослушного сыночка и строптивую невестку.
А потом в Веселом Кукуе организовался самый крупный на земле зоопарк. Как это произошло?
Детское дежурство боевого братства у нас превратилось в каторгу. У кремней из охранного агентства начинался нервный тик только при упоминании имен деток главы. Все начинали кричать:
— А не пора ли нам в набег сходить на пиратов, или поохотиться на жутких чудищ в джунглях дальних островов? Крошкам нужны новые эмоции!