В организации «Молодая Италия» Артур знакомится с девушкой по имени Джемма и ревнует ее к другому члену кружка – к своему соратнику по борьбе Болле. Во время отъезда его наставника Монтанелли Артур на исповеди признается в своей ревности и упоминает об обстоятельствах, при которых он встречается с девушкой. Священник сообщает полиции о тайной организации, и Артура арестовывают. Из тюрьмы Артура отпускают, но как информатора. После того как он узнает, что Монтанелли приходится ему отцом, Артур исчезает, сымитировав самоубийство.

Через несколько лет он появляется. Под псевдонимом Овод будет писать колкие статьи в адрес церкви. За время его отсутствия Джемма выйдет замуж за Боллу.

Во время операции по перевозке оружия Овода снова арестовывают. К нему в камеру приходит Монтанелли. Овод призывает его убежать с ним за границу. Он говорит: «… Я уведу вас в светлый мир <…> Заря близко <…> неужели вы не хотите, чтобы солнце вышло и над вами?». Священник отказывается. Тогда Овод пытается бежать из тюрьмы, но болезнь подкашивает его и побег не удается. Овода расстреливают.

Герой романа обладает высоким представлением о ценности человеческой жизни. Это представление противостоит пониманию человека как машины или как игрушки и орудия в чьих-то руках. Благоговение перед жизнью и вера в высокие нравственные идеалы пронизывают мысли героев романа.

Вокруг Овода обилие подслушивающих, выслеживающих врагов и шпиков. Это делает его очень подозрительным: «Постоянное напряжение этой борьбы начинало заметно сказываться на нервах Артура. Зная, как зорко за ним наблюдают <в тюрьме. – В.Б.>, и вспоминая страшные рассказы о том, что арестованных опаивают незаметно для них белладонной, чтобы подслушать их бред, он почти перестал есть и спать. Когда ночью мимо него пробегала крыса, он вскакивал в холодном поту, дрожа от ужаса при мысли, что кто-то прячется в камере и подслушивает, не говорит ли он во сне».

Овод постоянно испытывает тревогу, недоверие и страх перед опасностью. Появляются даже неприязнь, раздраженность и ярость, вызванные необходимостью борьбы против несправедливости.

При этом в тексте постоянно звучат чистые звуки, ясные, серебристые и красивые голоса героев, лица героев озаряет вдохновение.

При том, что в порождении текста первичны именно субъективные переживания, в книге в качестве первопричины выступают обоснования «внешнего» (сюжетного) характера: «Жандармы старались поймать его на слове и уличить <…> И страх попасть нечаянно в ловушку был <…> велик…»

Такого рода ссылки на реальность делают текст убедительным и достоверным для читателя, а художественность достигается описанием психической реальности, «верного перевода языка чувств на язык слов». Отражение этой психической реальности выступает как вербализация типологических черт личности.

Интересным в этом плане является вопрос о природе описываемых в тексте психологических состояний. Слова Э. Л. Войнич, как нам представляется, проливают свет на это: «Если бы меня спросили, почему я решила <писать. – В.Б.> <…> моим единственным ответом было бы, что я не могла иначе <…> Я знаю только, что на протяжении всей моей долгой жизни <…> бесплотные создания моего духа, некоторые в человеческом образе, другие в форме музыкальных звуков, приходили и уходили, не спрашивая моего разрешения, и мне оставалось лишь одно – по мере сил своих поспевать за ними» (Войнич, 1945).

Многие другие писатели произносили очень похожие слова на эту тему. Подобные высказывания говорят о том, что процесс художественного творчества может быть обусловлен бессознательными психическими процессами. Видимо, многое из того, что традиционно относится к эстетике художественного текста, определяется построением текста по законам индивидуальной психологии. Индивидуальное семантическое пространство, авторское мироощущение диктуются личностной акцентуацией писателя.

<p>2.2. Проявление эпилептоидной акцентуации в «темных» текстах</p>
Перейти на страницу:

Похожие книги