Дж. Роттер (Rotter, 1967, 1971) связывал предрасположенность к доверию с индивидуальной выраженностью интернального или экстернального локуса контроля и разработал специальные тесты, фиксирующие уровень (обобщенного) доверия. Он утверждал, что степень готовности индивида оказывать доверие обусловлена опытом доверительных отношений, на котором основывается индивидуальная установка, являющаяся стабильной психологической чертой характера.
А. Б. Купрейченко (2008) на основании того, что функции и роли ценностных ориентаций и доверия личности во многом схожи, предположила, что между ними могут существовать довольно тесные связи.
И действительно, проведенное на 150 взрослых наблюдение показало, что наибольшее число связей с показателями доверия обнаруживают такие ценности, как активная деятельная жизнь, интересная работа, красота природы и искусства, любовь, общественное признание, познание, продуктивная жизнь, счастливая семейная жизнь, счастье других, уверенность в себе, воспитанность, исполнительность, независимость, рационализм, твердая воля, терпимость, широта взглядов, эффективность в делах, чуткость. То есть наиболее тесно связаны с доверием/недоверием ценности, выражающие жизненную позицию личности и ее отношение к другим людям.
Доверчивость выше у лиц с определенными психологическими особенностями: наивностью, внушаемостью, конформностью и склонностью к догматизму.
Наивность. Одним из личностных качеств, облегчающих, а может быть и проявляющих доверчивость, является наивность (простодушие). Несмотря на то что современный мир жесток и прагматичен, наивность проявляется гораздо чаще, чем принято думать, и людей, про которых можно сказать «святая простота»,[23] не становится меньше. Например, в России периодически верят то в царя, то в светлое будущее, верят предсказаниям астрологов, ворожей, экстрасенсов, знахарей. Всем известно, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Однако сколько бы людей ни обманывали, они не учатся на своих ошибках и делают вклады в банки, обещающие астрономические проценты.
Часто в бытовом сознании наивность отождествляется с доверчивостью. С одной стороны, для этого есть некоторые основания, если речь идет о
Но с другой стороны, наивность не сводится только к этому. Наивный – простодушный, обнаруживающий неопытность (С. И. Ожегов). Наивность – это непосредственность, раскованность, открытость, бескорыстность, добродушие, бесшабашность, может быть, даже легкомыслие. Поэтому про таких взрослых говорят: наивны, как дети.[25] Блестящий литературный образец такого человека читатель найдет, прочитав произведение Вольтера «Простодушный».
Обратим внимание на то, как герой Вольтера описал себя:
«– Как вас зовут, сударь?
– Меня всегда звали Простодушный, – ответил гурон. – Это имя утвердилось за мной и в Англии, потому что я всегда чистосердечно говорю то, что думаю, подобно тому как и делаю все, что хочу».
Здесь и намека нет на то, что он доверчивый.
Наивность – это восстание первоначально естественной искренности человечества против ставшего второй природой искусства притворяться.
Наивность – это интегративное и весьма неоднозначное свойство личности. В одном случае наивность – это просто отсутствие жизненного опыта (но не интеллекта). Это поведение ребенка, который, закрывая лицо ладошками, думает, что его никто не видит. В другом случае наивность – устойчивая характеристика личности, и именно она и является предметом рассмотрения.
В чем причина наивности как личностного свойства? Вероятно, ей мы обязаны своему детству. Когда у ребенка воспитывают привычку не лгать ни при каких обстоятельствах, вырастает открытый, порой во вред себе, человек. Если же заботливые родители оберегают чадо от малейшего стресса, то у ребенка могут не сформироваться ни защита перед окружающим миром, ни опасение, что откровенность может быть использована против него самого.
