Однако никаких серьезных выводов из этого исследования сделать все-таки нельзя, ибо в нем было слишком мало участников. Впрочем, подобные гибридные исследования могут оказаться очень полезными, несмотря на возникающие при этом этические проблемы – людей вынуждают лгать и жульничать. Но израильские исследователи полагали свой опыт вполне законным, поскольку не сомневались в важности правильной оценки работы детектора. «Испытания на детекторе лжи ежегодно проходят тысячи людей… и на основании таких испытаний выносятся важнейшие решения. А относительно точности работы этого орудия следствия до сих пор еще существуют сомнения…»[150]
Возможно, подобные исследования действительно лучше всего проводить пока только с полицейскими, поскольку сама их работа уже предполагает некоторый риск, а кроме того, они и вообще имеют гораздо большее отношение к этой технике, нежели кто-либо другой. Все достоинство таких гибридных исследований заключается в их подлинности. Некоторые полицейские действительно жульничают на испытаниях. «Засекреченные внутренние расследования высокопоставленных чиновников ФБР показали, что несколько сотен служащих жульничали при испытаниях на получение желаемых должностей»[151].
Гибридный эксперимент, проведенный в Израиле, не был игрой, как не был и желанием преуспеть в одурачивании исследователей. Страх перед разоблачением был силен, и, поскольку на карту была поставлена карьера, некоторые даже испытывали угрызения совести за свой обман.
Минимальным научным стандартам соответствовали 10 полевых исследований, 14 исследований по аналогии, использовавших тех нику контрольных вопросов, и 6 исследований по аналогии, использовавших тест на знания виновного[152].
Ниже приведены выводы, сделанные на основании этих исследований относительно точности работы детектора лжи, из которых вытекает, что детектор чаще ловит обманщиков, чем пропускает, хотя при этом и совершает ошибки (рис. 7). Какие это ошибки и насколько их много, зависит от того, какие исследования проводят (полевые или по аналогии), какие техники применяют и каковы особенности каждого проводимого опыта. А вот что можно сказать в целом.
Рис. 7. Точность детектора лжи
График дает средние показатели, не всегда точно отражающие уровень результатов исследования. Уровни же таковы: лжецов верно идентифицируют в 71–99 % случаев при по левых исследованиях; при исследованиях по аналогии с применением техники контрольных вопросов – 35–100 %; при исследованиях по аналогии с применением теста на знания виновного – 61–95 %. Говорящих правду верно идентифицируют: при полевых исследованиях – 13–94 %; при исследованиях по аналогии с применением техники контрольных вопросов – 32–91 %; при исследованиях по аналогии с применением теста на знания виновного – 80–100 %. Говорящих правду ошибочно идентифицируют: при полевых исследованиях – 0–75 %; при исследованиях по аналогии с применением техники контрольных вопросов – 2–51 %; при исследованиях по аналогии с применением теста на знания виновного – 0–12 %. Лжецов ошибочно идентифицируют: при полевых исследованиях – 0–29 %; при исследованиях по аналогии с применением техники контрольных вопросов – 0–29 %; при исследованиях по аналогии с применением теста на знания виновного – 5–39 %.
1. Точность показаний при полевых исследованиях значительно выше, чем при исследованиях по аналогии, поскольку при полевых исследованиях может быть вовлечено гораздо больше факторов. К тому же при полевых исследованиях эмоциональное возбуждение гораздо сильнее и подозреваемые менее обучены. Но зато меньше уверенности относительно истины, а часто и относительно типичности избранных для изучения случаев.
2. В исследованиях по аналогии очень высока степень ошибок неверия правде, за исключением случаев применения теста на знания виновного. Поэтому существует настоятельная потребность более обширных, особенно полевых и гибридных, исследований с применением этого теста.
3. При использовании теста на знания виновного особенно велики ошибки веры лжи.
