Пациент психотерапии должен тщательно отбирать сведения, которые сообщает лечащему врачу. Существуют универсальные предубеждения при ретроспекции. Как отмечал Дейвс (1988), мы «буквально» «сочиняем истории» о себе, о мире и о действительности в целом… и часто… именно эти истории определяют наши воспоминания, а не наоборот». История пациента в том виде, в каком она преподносится психотерапевту, также подвержена заметному влиянию процесса трансференции (отношением к сообщаемому, идеями по поводу него лечащим врачом). Выбор пациентом сферы жизни для обсуждения и для игнорирования позволяет терапевту направлять его рассказ о себе как открытыми суждениями, так и скрытым внушением. По мере многократной трансляции истории она начинает все более уверенно приниматься как факт,
После формирования новой биографии проблемы озвучиваются. Человек пытается переложить ответственность за свои несчастья на окружающих, видя причину в пережитом насилии, бесчувственном супруге, эгоцентричных родителях или сексизме и расизме общества. Хотя сексизм и расизм реальны и многие сильно страдают от дискриминации, не исключена необоснованная ссылка на эти факторы как на причину своих бед. Коротко это может служить утешением, но может и, как отмечал Таврис (1993), стать ширмой, скрывающей от самого себя настоящие проблемы и душевную боль.
Растущее понимание природы памяти и скрытых способов влияния на нее (см. раздел «Свидетельские показания») позволяют по-новому взглянуть на процесс психотерапии и лучше понять важность роли терапевта в этом процессе (Бонанно, 1990).
Врачи могут осознанно или неосознанно участвовать в процессе формирования новой правды. Личные черты терапевта оказывают значительное влияние на терапию: его политические убеждения (например, вера в то, что все женские проблемы — итог эксплуатации женщин в патриархальном обществе); его предубеждения в теоретических вопросах (например, вера в то, что первопричиной множественных расстройств личности и расстройства приема пищи — пережитое в детстве сексуальное насилие); внутренние и межличностные конфликты (сексуальные и супружеские проблемы врача могут быть отражены в терапии); осознанная жадность (врачу выгодно находить новых жертв насилия и заниматься их лечением). Все более очевидно, что предубеждения терапевта могут смешиваться с воспоминаниями пациента.
ПСИХОТЕРАПИЯ ИМЕЕТ НЕВЕРОЯТНУЮ СИЛУ, СПОСОБНУЮ КАК ИСЦЕЛЯТЬ, ТАК И ВРЕДИТЬ.
К сожалению, часто психотерапию проводят недостаточно подготовленные врачи. А иногда психотерапевты из-за слабой подготовки руководствуются ощущениями правдоподобности, представлениями о реальности или намеками и мифами, а не эмпирическими знаниями (Макхаг, 1994). Психотерапия скорее принесет пользу, если выполняются сразу несколько условий, приведенных ниже. Эти чуть провокационные предположения основаны на научном знании о несовершенстве памяти, на личном и профессиональном опыте, при котором психотерапия причиняла вред пациенту или третьим лицам.
✓ Традиционная точка зрения о том, что имеют значения только личные ощущения пациента (т. е. историческая точность не важна), должна быть пересмотрена. Напротив, особое внимание следует уделять вовлечению его окружения в психотерапию. Такой подход минимизирует, но не исключит внушения ложных воспоминаний.
✓ Сложно переоценить важность объективности лечащего врача. Его политические взгляды, теоретические представления, личные переживания, проблемы и взгляды не должны сказываться на терапии. Кроме того, как подчеркивал Ганауэй (1989), при отсутствии независимых доказательств лечащий врач обязан сохранять нейтральное отношение к достоверности показаний пациента о настоящем, прошлом и о чужих поступках.
✓ Гипноз и схожие методы ни при каких обстоятельствах не могут использоваться теми, кто недостаточно хорошо знает об их ограничениях, назначении, применении и противопоказаниях.
✓ Врачи, практикующие направленную внутрь (реконструктивную) психотерапию[4] или ее вариации, должны пройти исчерпывающую подготовку, в ходе которой особое значение будет уделяться пониманию силы трансференции, риску контртрансференции и природе памяти. Многие терапевты, считающие себя «экспертами», на самом деле заблуждаются, не признавая собственных профессиональных границ в психотерапии. Эта проблема близка проблеме врачей, которые справляются с простыми хирургическими процедурами и на этом основании считают, что им под силу успешно пересадить сердце.
✓ Нужно признать важность риска, возникающего, когда в психотерапию вмешиваются личные убеждения, чувства и конфликты лечащего врача. Психотерапия для самого лечащего врача или тщательное наблюдение за его работой в ходе профессиональной подготовки снизит, но не исключит такого риска.
