Стр. 201. Возникновение рака груди наиболее часто ассоциируется со стрессом: Petticrew, M., Fraser, J., Regan, M., “Adverse life-events and risk of breast cancer: a metaanalysis,” British Journal of Health Psychology 4 (1999): 1. «Рак и личность» — одна из наиболее важных работ, указывающих на наличие такой связи: Temoshok, L., Heller, B., Sagebiel, R., Blois, M., Sweet, D., and DiClemente, R., “The relationship of psychosocial factors to prognostic indicators in cutaneous malignant melanoma,” Journal of Psychosomatic Research 29 (1985): 139. Другие исследования на эту тему тщательно анализируются в Spiegel, D., and Kato, P., “Psychosocial influences on cancer incidence and progression,” Harvard Review of Psychiatry 4 (1996): 10, также Bryla, C., “The relationship between stress and the development of breast cancer: literature review,” Oncology Nursing Forum 23 (1996): 441; Hilakivi-Clarke, L., Rowland, J., Clarke, R., and Lippman, M., “Psychosocial factors in the development and progression of breast cancer,” Breast Cancer Research and Treatment 29 (1993): 141.
Стр. 202. Стресс и рецидив рака: Ramirez, A., Craig, T., Watson, J., Fentiman, I., North, W., Rubens, R., “Stress and relapse of breast cancer,” British Medical Journal 298 (1989): 291; Barraclough, J. K., Pinder, P., Cruddas, M., Osmond, C., Perry, M., “Life events and breast cancer prognosis,” British Medical Journal 304 (1992): 1078.
Стр. 202. О пользе проявлений силы духа после обнаружения рака: Temoshok, L., and Fox, B., “Coping styles and other psychosocial factors related to medical status and to prognosis in patients with cutaneous malignant melanoma,” in Fox, B., and Newberry, B., eds., “Impact of Psychoneurocrine System in Cancer and Immunity” (Toronto: Hogrefe, 1984), 86. Эти авторы говорят о людях, склонных к депрессии, которые падают духом, узнав о наличии у них рака. Они имеют личность «типа С» — теперь этот термин стал довольно модным. Во многих отношениях они напоминают людей, склонных к сдерживанию своих чувств, которые, по-видимому, в наибольшей мере подвержены раку. Помимо духа борьбы стремление отрицать факт болезни, как показали некоторые исследования, также может быть полезным (рассматривается в Bauer, S., “Psychoneuroimmunology and cancer: an integrated review,” Journal of Advanced Nursing 19 [1994]: 1114).
Исследование Шпигеля, посвященное выживанию больных раком и нахождению в группе поддержки: Spiegel, D., Bloom, J., and Kraemer, H., “Effect of psychosocial treatment on survival of patients with metastatic breast cancer,” The Lancet 2 (1989): 888. Новейшее и самое заметное исследование, которое не смогло повторить эти результаты: Goodwin, P., Leszcz, M., Ennis, M., Koopmans, J., Vincent, L., Guther, H., Drysdale, E., Hundleby, M., Chochinov, H., Navarro, M., Speca, M., Hunter, J., “The effect of group psychosocial support on survival in metastatic breast cancer,” New England Journal of Medicine 345 (2001): 1767. Комментарий Шпигеля по поводу открытий Гудвина: Spiegel, D., “Mind matters: group therapy and survival in breast cancer,” New England Journal of Medicine 345 (2001): 1767. О процентной доле врачей, сообщающих пациентам об обнаруженном у них раке: Holland, J., “History of psycho-oncology: overcoming attitudinal and conceptual barriers,” Psychosomatic Medicine 64 (2002): 206-21.
Стр. 202. Психосоциальные вмешательства притупляют реакции на стресс: Van der Polmpe, G., Duivenvoorden, H., Antoni, M., Visser, A., Heijnen, C., “Effectiveness of a short-term group psychotherapy program on endocrine and immune function in breast cancer patients: an exploratory study,” Journal of Psychosomatic Research 42 (1997): 453; Schedlowski, M., Jung, C., Schimanski, G., Tewes, U., Schmoll, H., “Effects of behavioral intervention on plasma cortisol and lymphocytes in breast cancer patients: an exploratory study,” Psychooncology 3 (1994): 181.
