Третий компонент стрессогенной социальной активности, дезорганизующей группу, – это возникновение в экстремальных условиях у ряда индивидов отчуждения от интересов группы, возникновение представления о снижении значимости общих целей, возрастание склонности замыкаться в кругу личных интересов и дел. Разобщенность интересов членов группы, противопоставление их интересам коллектива при такой стрессовой активизации общения может приводить к конфронтации между членами группы, к распаду коллектива. У отдельных его членов возникает представление о большей эффективности индивидуальных путей выхода из стрессовой ситуации, а не коллективных. Следует отметить характерные для такой формы общения при стрессе застойность собственных негативных социально-психологических установок, снижение критичного к ним отношения. "Забываются" хорошие качества окружающих людей, недооценивается перспектива положительной переоценки сиюминутных обид. Отношение окружающих людей могут представиться субъекту при таком течении стресса опасными для него, требующими защитных или "ответных" агрессивных действий. Анализ общения между членами производственных бригад на рыбопромысловых базах (РПБ) в ходе многомесячного рейса без заходов в порты показал, что социально-негативные компоненты общения становятся доминирующими во многих бригадах на пятом-седьмом месяцах плавания. Стрессовый эффект длительной групповой изоляции и скученности усугублялся на РПБ напряженным режимом труда (работа по 12 часов в сутки, 8 + 4, без освобождения от работы в субботние и воскресные дни). Исследования Ю.М. Стенько, В.Д. Ткаченко и др. показали, что при этом снижалась производительность труда и возрастала заболеваемость с широким спектром болезней [248, 249, 256 и др.]. Наши исследования людей, принимавших участие в таких рейсах, показали, что в подавляющем большинстве случаев неприязненные отношения между людьми, возникшие в ходе рейса, исчезают, как правило, через 2 недели после прибытия в порт приписки судна, т. е. "домой". Между тем не только сохраняются, но и часто становятся аффективно выраженными положительные, дружественные взаимоотношения, базирующиеся на воспоминаниях о "приятных", "веселых", "интересных" случаях, происходивших в рейсе. Случаи собственного социально-негативного поведения, имевшие место в рейсе, начинают казаться неуместными, достойными сожаления, неадекватными той ситуации, которая была. Взаимные обиды чаще прощаются, забываются по принципу: "Кто старое зло помянет, тому глаз вон!".
Можно полагать, что указанные выше формы активизации общения в своей основе имеют адаптивное значение. Позитивные направлены на консолидацию группы коллектива, противостоящего экстремальной ситуации. Социально-негативные направлены, условно говоря, на разрушение экстремальной среды, опосредованное "ломкой" социума (группы). Адаптивная направленность активизации общения может не осознаваться людьми, у которых она возникает.
Позитивные тенденции общения в группе операторов обнаруживаются при стрессе психофизическими методами задолго до того, как какие-либо изменения характера общения становятся заметными при обычном наблюдении [209]. Это свидетельствует в пользу того, что, в частности, активизация позитивных форм общения лежит в основе коллективной деятельности людей. Характер общения в группе влияет на эффективность и надежность деятельности людей при стрессе. Экстремальные условия могут у одних усиливать имеющееся "затрудненное" общение, у других при установившемся положительном или нейтральном общении способствовать "нахождению соответствующих характеру и содержанию совместной деятельности приемов и способов оптимизации делового общения, направленных на предупреждение или преодоление трудностей общения" [279, с. 22].
Следует отметить сложность различных противоречивых влияний на формирование субъектами тактики межличностного взаимодействия, которое при стрессе "скатывается" к доминированию консолидирующих или деструктурирующих группу форм общения. Экспериментально показано, что в зависимости от многих причин (сложившихся взаимоотношений, социальных и личных установок, конечных целей, мотиваций и т. д.) задача кооперативного характера (т. е. требующая сотрудничества) может при стрессе в ситуации скученности рассматриваться субъектами в конкурентном плане (т. е. в плане соперничества) и наоборот [45]. Сходные данные обнаружены при обследовании производственных групп, члены которых иногда отходят от выполнения официально предписанных типов отношений и взаимных связей [306]. Даже в экспериментальной обстановке крайние формы "чистой" кооперации и "чистой" конкуренции тоже встречаются далеко не всегда, часто межличностные отношения обследуемых носят смешанный характер [444]. Таким образом, необходимо считаться с тем, что тип взаимодействия в группе может несоответствовать оптимальному для выполняемой группой того или иного задания [208].