Эта концепция 3. Фрейда не подтверждена необходимыми эмпирическими аргументами ни им самим, ни его последователями.
Вообще приведенное положение о столь разрушительном инстинкте смерти вызывало и вызывает весьма настороженное и даже скептическое отношение, которое еще более усиливается в свете современных научных, в том числе эмпирических исследований. Не приходится сомневаться, что инстинкт смерти, как и страх перед нею, действительно существуют, однако у большинства людей они не влекут за собой катастрофических последствий. Иными словами, инстинкт смерти не приводит органически живущее к состоянию безжизненности. Более того, многие наблюдения показывают, что инстинкт смерти, страх перед ней способны выступать в качестве мощного стимула самых добродетельных поступков, научного, художественного и иного творчества. Я полагаю, что и мой интерес к изучению проблем убийств в немалой степени продиктован инстинктом смерти, потребностью его преодоления и социализации страха перед ней.
Весьма сложная картина предстает перед нами, когда, реализуя инстинкт смерти, т.е. тенденцию к разрушению, человек убивает другого в целях защиты, т.е. реализует, по 3. Фрейду, инстинкт самосохранения. Здесь, как и в очень многих других случаях, убийство не носит глобального характера, поскольку уничтожается только тот, кто представляет угрозу для данного лица, иначе говоря, посягательство на него выборочно. Я бы хотел сказать, что оборонительная агрессия (в том числе с помощью убийства) за очень редкими исключениями в виде потенции существует всегда и она почти всегда готова к реализации. Даже если ее назвать инстинктом смерти, а это определение 3. Фрейда представляется неудачным, поведение убийцы не означает, что он все время ищет условия для реализации своих разрушительных потребностей. Скорее всего, он "просто" готов к отпору, что совершенно естественно, но если нет условий для их удовлетворения, то совсем необязательно произойдет взрыв.
Эту же мысль можно продолжить следующим образом: убийца совершает убийство не потому, что не может без этого существовать, а потому, что в силу прожитой жизни и личностных особенностей на некоторые ситуации способен реагировать лишь смертельной деструкцией.
Вместе с тем не следует отрицать, что отдельные люди не могут жить без постоянного проявления своей агрессивности, а поэтому ищут выход для нее. Если это не позволяют сделать имеющиеся средовые и социально-экономические условия, человек начинает искать соответствующие обстоятельства, например, при добровольном участии в военных действиях, в том числе путем наемничества, ухода в банду и т.д. Возможно, 3. Фрейд был прав, утверждая, что вытеснение агрессии, направленной вовне, ведет к болезни.
Высказанные мысли близки к позициям К. Лоренца, согласно которым человеческая агрессивность питается из некоего постоянного энергетического источника и не обязательно является результатом реакции на некое раздражение. Эта специфическая энергия все время собирается в нервных центрах, и, когда накапливается ее достаточное количество, может произойти взрыв, причем даже при полном отсутствии раздражителя. Люди и животные обычно находят возбудитель раздражения, чтобы вылить на него эту накопившуюся энергию и тем самым освободиться от энергетической напряженности. Иногда они сами ищут подходящий раздражитель и даже создают соответствующие ситуации. К. Лоренц называл это "поведенческой активностью". Модель агрессии К. Лоренца Э. Фромм считал, как и либидозную модель 3. Фрейда, "гидравлической моделью" по аналогии с давлением воды, зажатой плотиной в закрытом водоеме. Агрессивность, по К. Лоренцу, служит самой жизни и способствует выживанию индивида и всего вида. Если агрессия у животных способствует сохранению вида, то у человека она часто перерастает "в гротескную и бессмысленную форму" и из помощника превращается в угрозу его выживанию.
Примером накопления гидравлического потенциала могут служить супружеские отношения, когда пожизненные сражения мужа и жены логично приводят к насилию одного супруга над другим. Но часто, как отмечалось, внешние раздражители полностью отсутствуют и тогда человек сам ищет возможность разрядки. Так, казалось бы мирный обыватель без видимой со стороны причины становится наемником или добровольцем в каком-нибудь военном конфликте и уже не может представить для себя иной жизни. Интересно, что иногда так поступают даже женщины, правда, намного реже, чем мужчины.
Для понимания причин убийств, точнее, понимания того, почему убийства занимают столь прочное место в жизни людей, исключительное значение имеет рассмотрение названных явлений в аспекте смерти. Выше я уже обращался к этому аспекту, но в основном для того, чтобы сопоставить смерть и убийство, показать их содержательную взаимосвязь. Сейчас же желательно рассмотреть предлагаемую мною очень важную гипотезу, согласно которой убийство наряду с другими действиями содействует реализации глубоко скрытого и абсолютно бессознательного стремления людей к самоуничтожению.
