– Доктор Элеасаро…
Он молчал.
– О какой войне он говорил? Что случилось вчера вечером? Доктор…
– Идем, Листер. Нам пора. У меня для вас плохие новости.
Большой стол усыпан исписанными схемами и чертежами. Над крышкой парит голограмма карты Мараканда. По периметру зала расставлены рабочие столы с компьютерами. На стенах висят схемы с изображением структур головного мозга.
Это наш Наблюдательный Пункт, где мы работаем и откуда ведем всю нашу деятельность: осуществляем контроль над операциями, получаем задания от Когнитивного Департамента и исследуем возможности психоартефактов.
Войдя в зал в сопровождении доктора Элеасаро, я заметил здесь всю нашу команду в сборе: Сотис, Бони, Юно, Саманта, Лита, Пандора и Сипилена. Друзья пили чай и кофе, обменивались круассанами и печеньями с шоколадной крошкой.
– Доктор Элеасаро! – Бони слега подавился чаем, заметив появление главы нашей организации в Наблюдательном Пункте.
Появившись на пороге, мы с доктором моментально приковали всеобщее внимание к себе.
– Листер? – обратилась ко мне Сипилена. – Папа? Что-то случилось?
Мы с доктором обменились мрачными взглядами.
– Когда вы вернулись, доктор Элеасаро? – спросил Юно. – Мы так и не дождались вас вчера вечером! Что сказали на совете Ментальных Лидеров?
Доктор, обреченно вздохнув, ответил:
– Простите, что так задержался. Я вернулся ночью. У меня для вас плохие новости, ребята. Присаживайтесь.
В зале повисло напряжение.
Лита, Саманта и Пандора обменялись озадаченными взглядами. Им пришлось опуститься на стулья. Юно, Бони и Сотис уже сидели за своими рабочими столами.
Я прошел к Сипилене.
– Что произошло? – спросила она меня почти шепотом.
– Неприятности, – быстро ответил я, – я и сам не во всем разобрался.
Взяв ее за руку, я сел на соседний стул рядом с Сипиленой.
Все мы смотрели на доктора Элеасаро, стоящего перед нами. Психиатр, поправив очки на носу, уперся двумя руками о стол с картой и прошелся взглядом по всем нам.
– Во-первых, – начал он отрывочно, – я никого из вас не могу заставить в этом участвовать, если вы не хотите. Все вы прекрасно осведомлены о правилах нашей организации. В «Скитальцах души» все свободны. Никто не обременен обязанностями и договорами. Вы вольны уйти сейчас, если пожелаете.
– Мы не уйдем, – вставил резко Юно, – и вы это знаете, док. Что бы ни случилось – «Скитальцы души» будут на вашей стороне и сражаться до конца.
– Сражаться…
Взгляд доктора Элеасаро метался по комнате. Он явно не находил себе место.
И психиатр решил смотреть в нашу с Сипиленой сторону.
– Наша победа над «Пожирателями мыслей» не могла остаться незамеченной для других организаций. Это я уже говорил. Другие… оказались недовольны положением вещей. В частности, «Последний синдром» был в первых рядах среди тех, кто не одобрил наших с вами действий. Потеряв Ги Осмонда, они лишились сильного союзника и поставщика средств. В добавок к этому, «Адское Безумие» вело дела с «Пожирателями». У них были… партнерские отношения. Вчера на собрании Ментальных Лидеров Корнелиус Мур, глава «Последнего синдрома»…
И доктор неожиданно замолчал.
Но я уже прекрасно знал, как он закончит свою фразу. И остальные, думаю, догадывались.
– Развязал войну.
В Наблюдательном Пункте повисла тяжелая тишина.
Я переглянулся с Сотисом. Тот посмотрел на меня взглядом, который будто говорил: «Теперь ты вспомнил мои слова?».
– «Последний синдром» и «Адское безумие» объединили силы и объявили нам войну. Они хотят… уничтожить нас. В этом я уже не смею сомневаться.
– А как же «Голоса»? – поинтересовалась Саманта. – Что сказала Помона Хант?
– Она воздержалась. «Голоса» остались в стороне. Они… не желают присоединяться к союзу «Последнего синдрома» и «Адского безумия». Война им не выгодна.
– Не выгодна? – Сотис выгнул бровь. – Если психомародеры начнут воевать, то пламя войны захлестнет весь Мараканд! Они не могут оставаться в стороне. Ни Когнитивный Департамент, ни Перламутровая Гвардия – никто! Война коснется всех!
– Ты прав, Сотис, прав, – кивнул доктор Элеасаро, – но это было ее решение. Как лидер своей организации, Помона Хант думает о безопасности своих людей. Также поступаю и я, Сотис. Я тоже думаю о вашей безопасности, а потому не имею права звать вас на войну.
Юно и Бони с недопониманием переглянулись.
– И что вы предлагаете, док? – обратился к нему Бони. – Распустить «Скитальцев»?
Все в ужасе взглянули на доктора.
– Я не могу рисковать вами, ребята. Если мы сойдем с дистанции, то никто не пострадает. Корнелиус Мур будет спокоен в одном случае – «Скитальцы души» должны перестать существовать любым образом.
Но у Сотиса было иное мнение на этот счет, и он его смело высказал:
– Этому не бывать! «Скитальцы» прошли слишком многое, чтобы так сдаться перед угрозой боевых действий со стороны других организаций. Мы годами воевали с «Пожирателями мыслей». И мы их победили! Если так надо, то мы вступим в войну и дадим отпор нашим врагам. Доктор Элеасаро, ведите нас в бой. Мы пойдем за вами. Все мы.
