Лживость, эгоцентричность, жестокость – лишь немногие качества классического психопата и главной героини. Собственный характер становится приговором и проклятием для молодой девушки, её душит смертельная скука и не покидают воспоминания о кошмарном детстве. Но всё меняется, когда она возвращается в родной город и встречает парня, невероятные чувства к которому меняют всю её жизнь. Умный, самодостаточный, принципиальный студент не вписался в местное общество, но сумел оставить о себе неизгладимое впечатление. Камиле придётся преодолеть внутренние противоречия, высокомерность и снобизм новых друзей, месть бывшего и, наконец, встретиться со смертью.Эта история о студенческих интригах, самоуважении и разнообразии человеческих чувств и мотивов. Вас ждёт увлекательный психологический роман, героям которого невозможно не сочувствовать.
Любовь может быть смыслом.
Её кабинет был залит ярким светом. Обстановка в целом казалась достаточно дружелюбной, хоть и не лишённой стереотипов и клише. Старинная кушетка, песочные часы, вычурные картины. Взгляд Камилы сразу упал на стопку салфеток на столе. Она улыбнулась сама себе.
– Добрый день, Камила. Рада, что вы всё же пришли – обратилась к ней психолог, немолодая женщина лет пятидесяти.
– Здравствуйте. А что? Немногие доходят?
– Половина из тех, кто звонит. Терапия для смелых.
– А мне казалось, что как раз им она и не нужна.
– Вот такой парадокс – улыбнулась Ульяна, пристально рассматривая своего клиента.
Камила тоже внимательно наблюдала. Она не спеша пробралась к креслу мимо книжных стеллажей и присела. Ульяна сделала то же самое. Они оказались так близко друг к другу, что прямого взгляда было не избежать. Пару секунд молчания казались вечностью.
– Мне не понадобятся салфетки – будто разорвала тишину Камила.
Ульяна даже вздрогнула, переживая, было ли это заметно клиенту.
– Почему?
– Я не плачу. Вот уже много лет.
Психолог подняла брови, выражая удивление. Но, по правде говоря, её сложно было чем-то удивить. Она всегда отдавала должное первому впечатлению, и впечатление о Камиле пугало её. Она словно сидела напротив серийного убийцы. Ульяна снова незаметно оценила взглядом её внешность. Перед ней сидела стройная, среднего роста, необычно красивая брюнетка с глазами цвета зимнего неба. К слову, это был её любимый серо-голубой оттенок.
– Чего вы ждёте от наших встреч? – продолжила Ульяна.
– Хочу расплакаться – вальяжно заявила клиентка, не сводя с неё глаз.– Хочу разреветься как маленькая девчонка, у которой забрали куклу на детской площадке.
– Зачем вам это?
– Я так хочу – уверенно проговорила она, всматриваясь в лицо психолога.
Ульяне шла её едва заметная полнота и крошечные, почти детские ладони. Её лицо казалось добродушным, хоть и слегка неискренним.
– Вы хотите заплакать, но не можете? Правильно я вас понимаю?
– Именно.
– Как вам кажется, что вам это даст?
– Возможность пережить всё то, что меня мучает. Я читала много книг по психологии. Не думайте, я не считаю себя умнее вас. Пока что – ухмыльнулась Камила. – Эмоции ведь надо проживать, так? И слёзы – естественная реакция.
– Может, она неестественна для вас. Я тоже читала много книг. И знаете, там написано, что все люди разные!
Обе сердечно, но сдержанно улыбнулись.
– Камила, вы хотите плакать или пережить свои трудности? Какая наша конечная цель?
– Я думала, это одно и то же.
– Нет.
– Как тогда мне проживать свои чувства?
– А что именно вы чувствуете?
Женщины услышали звук раскатистого грома за окном. Свет солнца, что царил в кабинете, внезапно пропал. Камила разочарованно повернулась в сторону окна.
– Ну, вот… всё как в плохом кино. Грустные истории под звук дождя…
– Грустные истории не делают кино плохим.
– Стереотипы делают его таким.
– Вы используете любую возможность, чтобы не говорить о том, что вы чувствуете? – мягко произнесла Ульяна.
– Да. Как плохой ученик, когда не знает ответа.
– Может, у ученика был плохой учитель?
Камила снова улыбнулась. Кажется, ей становилось легче дышать и она, наконец, расслабилась, медленно собрала свои волосы в тугой пучок. Ульяна молча наблюдала, пытаясь остановить поток мыслей, что одолевали её вот уже несколько минут.
– Я не знаю, что чувствую, но знаю, что мне должно быть очень больно. И возможно, я очень травмирована тем, что со мной происходило. Мне теперь любой ценой надо стать нормальной…
– Зачем?
– Я влюбилась…
– И?
– На его фоне я словно заблудшая овца! Он во всём меня превосходит. Он умнее, взрослее, более принципиальный. Он знает, чего хочет и идёт к своим целям. Его сложно обмануть, сложно им манипулировать. Он самодостаточный и независимый.
– А вы?
– А я ему не подхожу.
– С чего вы так решили?
– Он сам мне об этом сказал. Больнее всего мне от мысли, что единственное, чего я захотела в жизни, мне так и не достанется… и я не могу это контролировать.
– Вы сказали, что, возможно, вы глубоко травмированы…
– Должна быть – ответила Камила и глубоко вздохнула, когда услышала, как дождь неистово забарабанил по стеклу и крыше. – Кажется, пора рассказать всё с самого начала.
– Попробуйте.
– Моё детство оказалось чередой бессмысленных и жестоких событий. Мой отец умер до моего рождения. А моя мать…не испытывала ко мне никакого интереса. Отсутствие материнской и отцовской любви, элементарной заботы и внимания будто отдалили меня от мира как можно дальше. Мать научила меня только тому, что знала сама – одиночеству. Она всё время пропадала у подруг, иногда выпивала, часто била и наказывала меня. Каждый день я возвращалась из школы в пустую и холодную квартиру, сама готовила себе обед, прилежно делала уроки и ложилась спать.
– За что она наказывала вас?
