Психопомп полностью

Право, изначально у нас не было намерения вносить в наше мирное повествование нечто криминальное. Мы знаем свое место и ни за какие коврижки не стали бы соперничать с мастерами детективного жанра. Что вы, что вы! Избави вас также Господь подумать, что мы мечтали отгрызть кусочек от их гонораров, – хотя, конечно, зависть нас гложет. Но ведь и правда: и по сей день с книжного базара несут детективы, а не Белинского и Гоголя, как о том грезил Некрасов, и не Питовранова, на что в глубине души некогда уповал он, надеясь потрясти любимую жену Ксению денежным дождем; закон рынка в чистом виде – кого покупают, у того на счету волшебные цифры со многими нулями; а кто написал глубокомысленный роман (именно так, с ударением на «о», произносил это слово незабвенный Юрий Владимирович Давыдов, дабы не дать труженикам пера и бумаги воспарить в эмпиреи), в магазине постепенно переезжающий с полки в рост покупателя на полку самую нижнюю, к которой далеко не всякий может нагнуться из-за хронического радикулита и лени; и правда: за чем, собственно, нагибаться? трудить себя? что можно найти на нижней полке? – тому остается лишь со скорбной гордостью прошептать: что ж, будущее нас рассудит. Нижняя полка – это, господа, приговор, впрочем, зачастую несправедливый. Не все то золото, что блестит, скажем мы в поддержку тех наших собратьев, кто более сообразуются с запросами духа и, затягивая пояс, с лихорадочным блеском в глазах отвергают соблазн сочинить что-нибудь на потребу и поправить свое материальное положение.

Взыскательному читателю – ежели таковой сыщется – замысел Карандина может показаться вымыслом, не имеющим никаких связей с действительностью. Что ж, если нам выскажут подобное подозрение, мы найдем, чем ответить. Мы сошлемся на случай, описанный в ежегоднике «Правосудие и жизнь», № 13, стр. 66, где сказано следующее: «Гражданин Греков Н. Н., желая уклониться от алиментов, назначенных ему Басманным районным судом на содержание ребенка (сына) от гражданки Пыляевой М. Е. и на содержание двух детей (сына и дочери) от гражданки Маристовой Г. А., инсценировал собственную смерть и похороны, каковые должны были состояться на Нижнемытищинском кладбище. С этой целью он вошел в преступный сговор с врачом Сидоровой Л. А., сотрудником морга № 21 Финкельштейном Л. Н. и директором кладбища Хохряковым П. Б. Благодаря принципиальности землекопа (могильщика) Иванова Г. П., сообщившего в правоохранительные органы о предстоящем фальшивом захоронении, преступный замысел был сорван». Далее идут подробности, как то: показания свидетелей о его совместной жизни с истицами, на что Греков пробурчал, впрочем, довольно громко, свечку они держали, что ли, его заявление, что дочку Маристовой зачал не он, а некто Букшпан, состоявший с Маристовой в гражданском браке, и ответ Маристовой, что Господь Бог и генетическая экспертиза все рассудят. Уверяем вас, что этот Греков далеко не первый, кто задумал сыграть в подобные кошки-мышки. И какие только еще не случаются в жизни происшествия, о которых так и тянет сказать, что это вымысел, превосходящий всякую реальность. Припомним, однако, мастера острых сюжетов Федора Михайловича Достоевского, заметившего в своем «Дневнике писателя», что нет ничего фантастичней русской действительности. Поэтому, если и в некоторых других сценах нашего повествования вам помнится не знающий меры вымысел, – отбросьте подозрения и не поддавайтесь сомнениям.