Описанная волшебная процедура очень интересна, так как сосуд — это, очевидно, бенмари, водяная баня Марии Профетиссы, еврейской пророчицы, великой женщины алхимика.[83] Также яйцо и золотое кольцо, два наиболее важных ингредиента, — это известные алхимические символы, обозначающие Самость как prima materia, «которая содержит в себе всё, что ей надо», и как идеальную золотую мандалу.[84] Но коммунистка г-жа Арон, которая готовит эти вещества, только пытается показать таким образом, что Дева Мария — это выдумка ведьмы, другими словами, иллюзия, придуманная людьми, как и в самом деле коммунисты говорят про религиозные символы и как сновидица одно время была склонна верить. Ибо, если это правда, то эго не нужно ставить себя на службу внутреннему процессу, но путём создания иллюзорной власти оно может претендовать на контроль во всех ситуациях и делать в них то, что ему нравится. Так как в этом виде магии есть что-то нечестное и нечистое, он провоцирует возникновение рационального скептицизма как контрпозиции, которая воплощается в г-не Роберте. Коммунистическое «Просвещение», например, и есть такая позиция. Пока реальность души остаётся непринятой, человек только может настаивать на примитивной материальной реальности психических явлений, как делает магия (и в этом скрытый интеллектуализм играет определённую роль), или же на их чистой субъективно-ментальной реальности, как делают школы мысли эпохи Просвещения (и именно здесь украдкой появляется философский материализм).

Таким образом, в психике сновидицы магия ведьмы и скучный скептицизм противостоят друг другу, но затем появляется своего рода освобождающий фактор во сне, подруга сновидицы, г-жа Линднер, которая явно воплощает правильное для сновидицы отношение. Две машины, чьего столкновения нужно избежать, могут иметь отношение к двум психологическим установкам, которые находятся на встречных курсах друг с другом, магической и рационально-скептической. Вера и знание — две модели технического прогресса (= машины), которые также неоднократно сталкивались друг с другом лоб в лоб в коллективной жизни в наше время, хотя согласно юнгианской точке зрения, это псевдоконфликт. Подруга сновидицы, г-жа Линднер, избегает возможного столкновения и сдаёт назад, другими словами, она дистанцируется от вопроса, и затем вместо этого описывает круг своей машиной.

Изображение защитного круга в действительности является старейшим религиозным действием человека, при помощи которого он с незапамятных времён защищал себя от воздействий, угрожавших психике растворением, таких как аффекты, ложные идеалы и другие «злые духи». Это не «чёрномагический» круг, так как человек, который рисует его во сне, является не ведьмой, а религиозной женщиной. Работа ведьмы, с другой стороны, отчётливо подвержена инфляции, например, скептицизмом Роберта, ведь как он может утверждать с такой уверенностью, что иррациональное не существует? Поэтому г-жа Линднер останавливается, как акт смирения: правда в том, что мы не настолько сильно «продвинутые», чтобы быть способными выдвигать суждения о безусловной реальности подобных вещей. Мы должны вернуться назад к тому, что мы действительно можем испытать на опыте, к душе, а religiose будет связано с её содержаниями. Только таким образом можно избежать бессмысленного конфликта между суеверием и рационализмом.

Её подруга, протестантская прихожанка, г-жа Линднер (сновидица принадлежит к группе протестантских крестьян Штирии, которые эмигрировали туда из Германии) делает возможным предположение, что идёт призыв к возвращению в лоно протестантской церкви. Однако следующий сон даёт другой нюанс смысла в этом отношении.

Ванна в теплице

1. Я в католической церкви, и с двумя или тремя другими людьми я прогуливаюсь по месту, где проводится священный обряд. Я некоторым образом получаю причастие, но это особый жреческий ритуал, в который я включаюсь. У меня сильное внутреннее переживание, подобно опыту блаженства, опыту обновления, и я очень счастлива по этой причине — это то, чего я искала. Я ясно это понимаю. Разновидность церковного служки или второразрядного священника записывает для меня стих или слова, которые выражают секрет переживания. Перед ним лежит открытой маленькая книга, в которой записаны слова, и я читаю их (но не могу их вспомнить, когда просыпаюсь).

2. Я иду в туалет. Карл М. (штирийский «автор», мой бывший учитель и друг в настоящее время) сидит на бортике и спит. Я открываю крышку, и экскременты поднимаются до краёв. Воняет ужасно. Я говорю Карлу М., что ему не следует спать здесь, в этой вони. Он странно смотрит на меня своими сонными и вороватыми глазами и затем возвращается ко сну сидя. Я поражена, что он может спать в этой клоаке.

Перейти на страницу:

Похожие книги