Психотерапия. Искусство постигать природу полностью

У каждого из нас есть общая установка и индивидуальный предел терпения в отношении активности пациента, которые являются основой контрпереноса на всех пациентов. В этих пределах может происходить многое, но только внутри данных характерологических границ. Так, например, Фромм-Райхманн (Fromm-Reichmann, 1950) отмечала, что сильная ориентация на условности и культурные нормы является серьезным препятствием для терапевта на пути к успеху в работе с больными шизофренией и шизоидными пациентами. Установки таких пациентов могут отличаться от привычных норм жизни подавляющего большинства людей нашей культуры или вообще выходить за рамки этих норм. Неумение терапевта с уважением относиться к этому вызовет у таких пациентов ощущение отвержения, и результат терапевтического лечения будет очень низким.

С другой стороны, с некоторыми пациентами терапевту, наоборот, необходимо настаивать на общепринятых культурных нормах, которые эти пациенты ругают, остерегаются их и фобически избегают. (Примером могут служить «трудные» подростки, чье антисоциальное поведение преждевременно закрывает путь к продолжению эмоционального развития и достижению зрелости.) Следовательно, основной характерологический контрперенос, который абсолютно нельзя проработать с одной группой пациентов, для другой группы может оказаться именно «тем, что доктор прописал».

Одна из конкретных характерологических установок, желательных для всех терапевтов, уже упоминалась ранее – это умение слушать. Другим важным качеством является преданность своей профессии. Берман (Berman, 1949, р. 161) красноречиво описывает сложные составляющие «профессиональной преданности» терапевта, в число которых входит сохранение самообладания и способности контролировать ситуацию, проходя через самые разные формы эмоционального «боевого крещения». Он сравнивает профессионализм со спокойной, терпеливой позицией опытного родителя, которому приходится преодолевать многочисленные бури с растущими детьми. Он считает, что терапевтическая ситуация «представляет собой уникальный способ организации универсального места – места эксперимента и познания через опыт человеческого взаимодействия» (р. 162). Берман полагает, что прототипом терапевта-профессионала является зрелый родитель.

Принятие того факта, что возможны самые разнообразные формы контрпереноса (эмпатический, уникальный, ситуационный, характерологический), приводит к пониманию влияния личности терапевта на развитие и проработку переноса. Совершенно ясно, что перенос не возникает в вакууме. Контрперенос становится важным внутренним источником информации о том, что происходит с пациентом, а также о его взаимодействии с терапевтом. При наличии у терапевта опыта и рефлексии контрперенос используется оптимальным образом, если он имеет сигнальное значение для Эго терапевта. Участвующее в процессе Эго терапевта воспринимает информацию, а его наблюдающее Эго перерабатывает ее для принятия окончательного решения. Несмотря на то, что при всем сходстве пациентов каждый из них всегда уникален, со временем у нас развивается своего рода внутренний контртрансферентный гироскоп – ощущение обычного уровня функционирования в известных условиях. Когда гироскоп отклоняется влево или вправо, реагируя на поведение пациента, это отклонение становится первым индикатором того, что пациент индуцировал в нас некий особый процесс. В такие моменты нужно очень хорошо понимать свои психические особенности. В самом начале моего обучения я слышал, как один мудрый кардиолог советовал молодым врачам изучать прежде всего, как работает нормальное сердце, вслушиваться снова и снова и делать это постоянно, и тогда можно уловить малейшую аномалию и начать искать ее причины.