В людях всегда можно найти то, что не продаётся и не покупается. Это вера в свою правоту.
Толстый ежедневник в белом кожаном переплёте. Он всегда со мной. В своё время я купил себе несколько таких. Ах, да… Меня зовут Владимир Степанович. Я лечащий врач в стационаре психиатрической больницы. За день столько всяких рассказов от пациентов наслушаешься, что и всего не упомнишь. А встречаются такие индивидуумы, что иногда даже и удивляешься их фантазии. Каждый день новый рассказ. Вот я и взял за привычку записывать себе в ежедневник самые интересные из всех этих рассказов больных. Почему ежедневники именно в белом переплёте? Всё просто. В школе я закончил художку и очень часто делаю себе зарисовки ручкой не только на страничках ежедневника. К окончанию ежедневника на его обложке всегда появляется свой тематический рисунок.
И так, в чём же заключается моя работа. Ну, непосредственно моё общение с пациентами и индивидуальное назначение курса лечения для них. После дня такой работы я даже дома иногда нёс всякую пургу. Пообщайся весь день с такими пациентами. Моя вторая половинка, долго не смогла такого вынести и развелась. Хорошо, что с детьми не стали торопиться. Поначалу жена мне в категоричной форме заявляла, что не хочет, чтобы я там работал. Потом перешла на угрозы о расставании. Но мне это нравится! Я же ей не диктую, где ей можно работать, а где нет. Короче, расстались. Теперь я живу один. Днём на работе, вечером отдыхаю в полной тишине. Перевариваю в голове разговоры с пациентами и записываю к себе в ежедневник в виде рассказов. Даже издал свой первый том таких рассказов «Истории от сумасшедших». Заведующий отделением, Валентин Михайлович, купил мою книжку и попросил меня оставить в ней свой автограф. Я с гордостью сделал это. Работаю только в рабочие дни, отказался от смен. Так я во все праздники и выходные нахожусь дома, ну или хожу в гости…
Понедельник. Заведующий отделением с утра вызывает к себе пообщаться.
– Привет Володя! – протянул он мне руку.
Я пожал её:
– Доброе утро, Валентин Михайлович.
– Прочитал я твою книжку до конца. Ржал как конь! Молодец! Как тебе удаётся так разжиться такими классными рассказами?
– Так с кем я своё время то провожу…
– Не знаю, мне пациенты так не рассказывают, как тебе в подробностях.
– А Вы пытались им дополнительные вопросы задавать? Или так, краем уха типа слышали?
– Ладно, подловил меня… Почти не слушаю.
– Ну, так вот…
– У меня столько нервов нет. Я если всех выслушаю, то свихнусь… Почти как ты. – сказал Валентин Михайлович и рассмеялся: Да, кстати, тебе ещё один пациент. В пятницу вечером доставили.
– Обычно в пятницу, да и ещё вечером не привозят… – удивился я.
– Здесь особый случай. Параноидальная шизофрения. Говорят, на жену кидался, пытался убить. Он в двести четырнадцатой палате.
– Одиночная, для буйных…
– Да, там. От тебя нужен будет диагноз, для полиции, чтобы его тут на принудительное лечение оставить. А то я опасаюсь за жизнь его жены.
– На работе полиция опрос делала его сотрудников?
– Да… – как-то неуверенно ответил заведующий: Практически то же самое говорят. Осмотри его и бумагу про его состояние мне на стол. С меня из полиции срочно требуют.
Валентин Михайлович протянул папку с делом пациента.
– Хорошо, только я сначала своих пациентов обойду. – ответил я.
Обычно после девяти утра я делаю обход закреплённых за мною пациентов, и только потом иду знакомиться с новичками. Как раз в такие моменты появляется новый и интересный рассказ. Обычно это надолго меня задерживает. И сегодня я точно не намерен отступать от своих правил. Я навестил всех своих больных, проверил состояние, записал к себе в журнальчик назначения для каждого из них по лечению и лекарствам. Всё! Теперь я готов идти знакомиться. Возле закрытой двести четырнадцатой палаты стоит наш медбрат, Илья, крупный и высокий. Я поздоровался с ним и вошёл в палату. А там никого! Оборачиваюсь к Илье:
– А где?
Илья, молча, пальцем указал в сторону кровати. Из-под неё высунулось лицо пациента. Ниже короткого пробора торчали широко раскрытые перепуганные глаза. Они то и дело поглядывали сначала на меня, потом на Илью. И даже ни слова не произнёс. Я начал открывать дело пациента и обратился к пациенту:
– Не бойтесь меня, я не страшный. Копыто… Странная фамилия. Чья она? Яков Иосифович… А, ясно… Сядьте на стул, пожалуйста, Яков Иосифович.
Но пациент продолжал молча выглядывать из-под кровати, постоянно таращась на Илью.
– Ладно, – обернулся я к Илье: Выйдите, пожалуйста… Если что – я позову.
Илья вышел.
– Всё, его нет. Будем знакомиться?
Яков Иосифович привстал, поглядывая на дверь. Он был худощавый и невысокого роста. Но внешность же не говорит об его физических данных. Бывают пациенты, которые выглядят ещё хилее, но зато такие «жилистые», что и Илья может не удержать. Хотя нет, он точно удержит любого. Яков Иосифович начал говорить:
– Доктор, я не должен здесь находиться. Это ужасная ошибка…
Я сел на стул и достал свой ежедневник с ручкой, приготовился записывать очередную байку:
– Почему Вы так боитесь нашего сотрудника? Он же Вам ничего плохого не сделал.
