Тёмноволосая не удостоила никого никакой реакцией, ни единым словом. Отыскав кресло возле стены, она тут же плюхнулась на нем и, запрокинув одну ногу на другую, будто бы попыталась уснуть.
— Анна? Анна… Алё, — даже на слова подруги та не пошевелила ни одной мышцей. — Ладно, просто не обращайте на неё внимания. У неё это временно. Ну, так чё? Как наш больной?
— Мисс Уильям, прошу, сядьте, — призвал Каллиган.
— Да-да, сейчас, — села рядом с Каллиганом Кэссиди, притащив соседнее с Анной кресло. — Кстати, вот, это вам: тут фрукты, йогурт, шоколад, в общем, всё то, что надо давать больным.
— Спасибо, — вместо мужа ответила Карла, принимая солидного размера бумажный пакет, в котором действительно лежали всякие яства.
— А выглядите всё таким же, Майлз.
— Ошибаешься.
Наконец Карла услышала голос другой девушки в черной ветровке. Вроде бы тихий и монотонный, но почему-то Карла смогла услышать её очень и очень чётко и хорошо запомнить, будто сам её голос проникал в сознание.
— О, смотрите, кто проснулся…
— Специалисты из Псионикума вас не навещали?
— Нет. Был только доктор Лиман. И те, кто заставили подписать бумаги.
— Гм… Что и следовало ожидать. Просто принудили «закрыть рот», а дальше живите с этим как хотите. Прекрасно… Нет бы объяснить.
— Ну, зато ты можешь осмотреть и дать рекомендации, Анна.
— Гм… — Анна приосанилась и пристально посмотрела прямо на Майлза.
Тот что-то совсем притих и краем глаза смотрел только на неё.
— Какие препараты вам дали?
Карла силилась вспомнить слова доктора. А потом вспомнила про выписку, и протянула листок девушке.
— Гм… — долго вчитывалась Анна. — Никаких побочек?
— Нет.
— Сколько спал?
— Где-то четыре часа, — спокойно ответил Майлз, словно ничего с ним и не было.
— Что снилось? Опиши, что вспоминается.
После каждой своей реплики, Анна щелкала тростью. Карла с Джеффом обменялись взглядами с Кэссиди, которая просто кивнула им в ответ, мол, так надо — не парьтесь.
Джим закрыл глаза и начал вспоминать. Его глаза судорожно бегали внутри век, пульс участился, как и дыхание.
— Нет, — остановила Карлу Анна, когда женщина хотела дотронуться до мужа и вновь успокоить. — Пусть вспоминает.
Майлз несколько раз дергал головой, а иногда и всем телом. Карла и Джефф начали было всерьез беспокоиться, как через минуту Джим успокоился. Он долго приводил дыхание в порядок и, не открывая глаз, начал рассказывать странные вещи, описывать события, которые не были известны ни Джеффу, ни Карле. На самом деле Джим видел чужие воспоминания. И Анна хотела, чтобы тот чётко разделял, где чужое, а где его собственное.
— Хорошо… Теперь открой глаза. Как тебя зовут?
Раздался щелчок её трости.
— Джим Майлз.
— Где ты находишься?
Щелчок.
— Больница Джефферсон.
— Какое сегодня число?
Тут Джим немного затруднился с ответом.
— Восемнадцатое… Нет. Двадцатое? Да, двадцатое.
— Какой год?
Щелчок.
— Десятый.
— Кто сидит рядом с тобой?
Щелчок.
— Джефф Каллиган и Карла Перез.
— Кто они для тебя?
Щелчок.
— Джефф — лучший друг. Карла — лучшая женщина на свете.
— Ты видел их в своих снах?
Щелчок.
— Да.
— Опиши и держись их в уме, — в этот раз щелчка не последовало, только голос Анны растекался по палате, медленно охватывая всё пространство. — В жизни порой так бывает. Ты словно плывешь по бескрайнему морю. Плывешь и плывешь, и тебе встречаются волны, рифы, непогода, но ты их преодолеваешь. Но иногда преграды кажутся слишком непосильными, небо заполняют тучи, раздаются раскаты, усиливается ветер. Твоя лодка начинает ломаться об удары, появляются пробоины и будто бы уже нет спасения в кругу этого водоворота. Но ты не должен сдаваться. Впереди тебя виднеется свет маяка. Он пока маленький. Ты видишь его?
— Да…
— Там тебя ждут твои родные и близкие.
— Ребекка… Карла…
— Так ответь же мне, Джим Майлз, что ты будешь делать?
Карла с Джеффом сами того не поняли как заслушались, впав в некий транс.
— Я. Доплыву.
И только после щелчка пропала дурманящая пелена.
— Кэс, не кинешь яблоко?
— Эм… Можно? — сначала спросила блондинка у Карлы и, получив кивок, метнула яблоком из пакета в Анну. Та успешно ее поймала налету и с хрустом откусила.
— Следователи вам что-нибудь сообщали? — поинтересовался Джефф, отошедший от краткого сеанса гипноза.
— Неа. Просто спрашивали о всякой фигне раз за разом. И я хочу спросить, мы что, тоже также выглядим, когда ведем допросы?
— Представь себе, Кэс.
— Да? Как мило…
— Спрашивали о работе? — осторожно поинтересовался Джефф
— Ага. Но не волнуйтесь, шеф. Всё уляжется, — отмахнулась Кэс. — А пока у вас появилось лишнее время на себя. Вы там, отдохните, развейтесь, найдите и сходите с кем-нибудь в кино, ресторан, я не знаю.
— Да, а то мы с Кэс начинаем серьезно за вас переживать, — раздался хруст яблока.
— Угу… Вот когда в последний раз бывали на свиданиях, шеф? Вам бы это, нужно наверстать. Годы то уходят.
— Это не ваше дело, — нисколько не удивился подколкам со стороны девушек Каллиган. Он уже привык к их шуткам.
— А я говорил ему об этом каждый день, — но тут, к удивлению Джеффа, подключился и Майлз и дело для него начинало пахнуть жареным.
— У меня есть свободные подруги…
