Вам дали такую цену?
"Мы ждали атаки, но раньше
Из штаба пришла измена.
Ни боя нет, ни пожара,
Но участь наша жестока,
Мы с запада ждали удара
Измена пришла с востока.
Подкрались сзади, как тать,
Взгляни ты на эти лица,
Они хотят потреблять!
Они не читали Ницше!
Но над их стадом баранов
На башне, на сцене, на стуле
Я буду стоять с барабаном
Покуда не срежет пуля.
А когда подыхать придётся,
Я в их витрины провою
Мир принадлежит не торговцу!
Мир принадлежит герою!"
P.S.
Теперь на этом месте творчество,
Висят картинки на заборе,
На этом, собственно, и кончилась
Вообще немецкая история.
И если б я был талантище,
Художественный как Врубель,
Я б там написал барабанщика,
Сражённого вражеской пулей.
Который был крепок от спорта,
Который не предал Россию,
Который был в кожаных шортах
И в галстуке синем.
Чтобы он вечной угрозой
Висел, как нож гильотины
Над тусклой бюргерской прозой,
Пра-а-а-ти-вный!
(медленно и печально).
Френдам политтехнологам посвящается.
Выйдет паренек молоденький,
Сядет над ручьем под сливой,
Продал Горбачев его Родину,
Чтобы тусоваться красиво.
Не поет гармошка на улице,
Не идут с покоса крестьянки,
Нынче все красиво тусуются,
Все бы им да пьянки-фуянки.
Залегли морщины на морде,
Побродил парнишка по свету,
Только с той поры своей Родины
У него уже больше нету.
Все пути давно уже пройдены,
Много поменялось начальства,
Только нет у нас прежней Родины,
Ну а новая не получается.
Сколько настучали слов в Ворде мы,
Сколько породили концепций,
Только нет у нас новой Родины,
Есть тоска по старой под сердцем.
И неплохо кушаем вроде мы,
Но зачем скажите на милость?
Если нет у нас старой Родины,
Ну а новой не появилось.
В притихшие города,
Спрашивает: «Я победил в войне?»
Одни говорят, что да,
Другие, что не…
Солдат возвращается с войны
По весне.
Как всегда,
Спрашивает у жены:
«Ты изменяла мне?»
Она говорит, что не…
Соседи, что да.
Солдат возвращается с войны,
Смотрит туда-сюда
И спрашивает, словно во сне:
«Осталось что-нибудь от страны?»
Одни говорят, что да
Другие, что не…
А самые умные говорят:
«Ты опоздал, командир,
Это тебе не сто лет назад
И даже не пятьдесят.
Сейчас вопросы так не стоят,
Кто в войне победил.
Давным-давно написал граф Толстой
Прославленный свой роман,
Сейчас граница между войной
И миром - это обман.
И зря бросал он в романе другом
Изменщицу под паровоз,
Сейчас граница промеж мужиком
И бабой - большой вопрос.
Настали новые времена
И хуй разберешься, блядь,
Где своя страна, где чужая страна,
Да и незачем разбирать.
Ты можешь сказать, что я пидарас,
Ты можешь сказать, что я жид,
Но другого мира господь не создаст,
Придется здесь тебе жить».
Двадцать третьего февраля
Праздник Советской армии
Был установлен не зря,
А в честь победы под Псковом и Нарвою.
И ещё живут среди нас
Прадеды наши и деды.
А некоторые, исполняя чужой заказ,
Отрицают эти победы.
Повторяют снова и снова,
Как, бросая вооружение,
Разбежались от Нарвы и Пскова
Красные, не приняв сражения.
А потом Бронштейны и Иоффе
Продавали в Бресте Россию.
Вот таких историков-профи
Мы на шее своей взрастили.
Я тридцать пять лет, между прочим,
Осушал в этот праздник бокалы.
А то, что день был рабочим,
Никому не мешало.
Тогда не держали пост,
К столу подавали мясо,
Поднимали женщины тост
За меня ― лейтенанта запаса.
Дайте высказать слово,
Не поступиться правдой,
Верните победу под Псковом!
Верните победу под Нарвой!
По дороге фальсификаций
Мы никогда не пойдём,
Ленин учил, что не надо бояться
Человека с ружьём!
Из рабочих и флотских,
Уходящих под Нарву,
Строил товарищ Троцкий
Регулярную Красную армию.
На фронт бронепоездами
Шла народная сила.
А если Псков тогда сдали,
Значит так надо было.
Короче, нету причин,
Чтобы в разумных количествах
Не выпить за нас, мужчин,
Защитников Отечества.
На праздничный корпоратив
В праздник воинской славы
Дружный наш коллектив
Собрался в полном составе.
Ловко сдвигаем столики,
Нам не помешают нажраться
Разные горе-историки
С ихними фальсификациями.
В руки, как автоматы,
Берём мы ложки и вилки,
А на столе, как гранаты,
Многочисленные бутылки.
Дружно пьём виски и джин
В честь вооружённых сил ―
И те, кто в них отслужил,
И те, кто от них откосил.
В латвийском городе Цесисе ―
Слышите, пидарасы? ―
Я служил на сборах два месяца!
Я ― лейтенант запаса!
Спокойно готовьте, женщины,
Праздничное угощение,
Вам мир и покой обеспечен,
Мы все хоть сейчас в ополчение!
Дайте винтовки Мосина
Со штыками четырёхгранными,
И мы далеко отбросим
Врага от Пскова и Нарвы.
Если война народная,
Смогут под танки броситься,
Как батальоны с заводов,
Батальоны из офисов.
Всё в бою пригодится,
Хоть не бегали кроссы мы,
Зато занимались фитнесом
Добровольцы из офисов.
Люди уже танцуют,
И молодой депутат
Николай Расторгуев
Поёт нам про Сталинград.
Кого-то рвёт в унитаз,
Кто-то вообще затих,
И женщины пьют за нас.
Суровых воинов своих.
Расходимся поздно вечером,
Опять не вышел интим,
Но я уверен ― отечество
Мы, если что, защитим!
Пришел ноябрь печальный,
Словно обед в больнице,
Нет времени идеальней,
