Как вам не скучно, зная меня столько лет, обращаться ко мне всё с теми же просьбами, которых я исполнить никак не могу. Вперед пожалуйста не огорчайтесь, если на ваши просьбы словесные или письменные о деньгах я буду молчать. Признаюсь, что обидно становится за вас, что вы не можете понять того, о чем я много раз говорил вам, что я деньги считаю таким же и еще больше злом, чем вино и всякий другой яд, и, считая их так, не могу держать их у себя. И если бы я их нашел на улице, то ни в коем бы случае не дал их другому человеку, зная, что от них, кроме вреда, ничего не может быть. Рассказ я ваш прочитал, он мне понравился. Я его послал в редакцию и просил выслать вам деньги.1 Не знаю, удастся ли? Помогай вам бог понимать его святой закон. Научитесь от меня, я кроток и смирен есть сердцем, и обрящете покой душам вашим, говорит Христос. Если так будете поступать и жить, то легко и радостно будет вам на душе. Газету «Неделю» с книжками вам будут высылать. Любящий вас Лев Толстой.
Печатается по тексту, впервые опубликованному в воспоминаниях И. Г. Журавова (см. ниже), стр. 1243—1244. Датируется на основании записи в Дневнике Толстого 12 марта (см. т. 50).
Иван Герасимович Журавов — тульский крестьянин, служивший половым в одном из трактиров вблизи Тулы; автор нескольких рассказов, напечатанных в изд. «Посредник», и воспоминаний о Толстом: «Как я познакомился с графом Львом Николаевичем Толстым и о чем с ним разговаривал и что мне про него другие говорили и рассказывали» («Миссионерское обозрение» 1911, стр. 975—1248).
Ответ на письма Журавова от 22 февраля (почтовый штемпель) и от 5 марта 1889 г. В первом из них Журавов просил выписать на его имя какой-нибудь журнал или газету, во втором сообщал, что послал Толстому для напечатания свой рассказ, и просил денег.
1 Заглавие рассказа неизвестно; напечатан он не был. См. т. 86, письмо № 213.
Сергей Терентьевич! Я вышлю вам Русское Богатство за нынешний год и еще надеюсь выслать вам Неделю. Из моих сочинений каких у вас нет и какие вы желали бы иметь? Напишите мне, я постараюсь их доставить вам. Написанное вами для журнала,1 я думаю, будет годиться, но, признаюсь, о журнале теперь, так как он отложен до 1-го июля, я мало думаю. Когда определит[ся] редактор, тогда сообщу вам подробнее. Радуюсь тому, что у вас в семье хотя не тот мир, к[оторый] вы бы желали, но хотя не раздор. Помните, друг мой, что установление этого мира, поддержание его, избежание всего того, что может нарушить его, что это есть главное дело вашей жизни, что всегда надо быть готовым всем пожертвовать, только бы был мир. Главное же препятствие для мира всегда наша гордость. Только смирение: готовность перенести унижение, быть оклеветанным, ложно понятым, только при такой готовности человек может вносить мир в отношения свои с другими людьми и людей между собою.
Помогай вам бог узнавать его волю и исполнять ее.
Любящий вас Л. Толстой.
Впервые опубликовано в книге С. Т. Семенова «Воспоминания о Л. Н. Толстом», СПб. 1912, стр. 19. Датируется на основании письма Семенова от 25 февраля 1889 г., на которое отвечает Толстой, и записи в Дневнике Толстого 12 марта (см. т. 50).
1 Толстой имеет в виду корреспонденции, написанные С. Т. Семеновым для журнала «Сотрудник».
На днях получил от Черткова ваше письмо к нему,1 дорогой Гаврило Андреевич. Он знал, что мне это будет радостно. Если вам тяжело писать, то попросите вашу милую жену написать мне о вас, о себе и о ваших детях. Я живу очень хорошо, искренно говорю, что дальше, то лучше, и улучшение, т. е. увеличение радости жизни, происходит в роде закона падения тел — обратно пропорционально квадратам расстояния от смерти. Писать многое хочется, но еще не пишу ничего. Нет тех прежних мотивов тщеславия и корысти, подстегивавших, и потому (знаю, как вы за меня ревнивы, но не могу не сказать, что думаю) производивших незрелые и слабые произведения. Но и зачем писать. Если бы я б[ыл] законодатель, я бы сделал закон, чтобы писатель не смел при своей жизни обнародывать свои сочинения.
