Вел. кн. Николай Михайлович (1859—1918) — старший сын вел. кн. Михаила Николаевича, сына Николая I, автор исторических работ из эпохи Александра I. В яснополянской библиотеке сохранилось несколько его книг. Познакомился с Толстым 26 октября 1901 г. в Гаспре. См. об этом в отрывке его дневника «Мои свидания осенью 1901 г
1 В беседе с Толстым 26 октября 1901 г. и в письме от 15 ноября 1901 г. Николай Михайлович затронул вопрос о своих отношениях с Еленой Михайловной Барятинской (ум. 1915). (Женитьба на ней влекла за собой осложнения для него как члена царской фамилии.)
2 «Князья Долгорукие, сподвижники имп. Александра I в первые годы его царствования», СПб. 1901.
Кореиз, Таврич. губ.
Любезный Сергей Петрович,
Если бы для служения богу была обещана награда, то сознание такого духовного общения, которое возникло между мною и вами, было бы совершенно достаточно для этого.
Это общение в боге с самыми различными людьми уже много лет составляет лучшую радость моей жизни. И хотя вы доставили мне ее невольно, я все-таки благодарен вам за нее. Уже по той книжечке, которую вы составили, я узнал, что у меня есть новый единоверец и друг, и радовался этому, теперь же тем более рад, зная, кто он и что могу войти в личные сношения с ним.
На ваш вопрос о том шаге, кот[орый] вы считаете нужным или желательным сделать, я могу сказать вам только то, что этот вопрос возникает всегда перед человеком, переходящим от религиозного равнодушия к сознанию христианской истины. Вопрос этот стоял и стоит передо мной так же, как он стоит перед всеми без исключения моими единоверцами и друзьями, как русскими так и иностранцами. Решение этого вопроса для меня в том, что так как цель всех поступков христианина есть служение богу любви, увеличение в себе и других любви к богу и людям, то одно из первых требований такого служения есть ненарушение существующей взаимной любви к семье, к близким: к родителям, к жене, к детям. И поэтому каждому человеку предстоит взвесить — что только он один может сделать — каким действием он более отступит от закона любви: продолжением ли деятельности или жизни, противной любви, или освобождением себя от нее, несмотря на нарушение этим поступком любви к ближним, семейным. Выбор того или другого выхода явно зависит и от преступности положения, от кот[орого] предстоит освободиться, и от ясности понимания этой преступности, и от степени любви, связывающей с семьею. Но, во всяком случае, решить этот вопрос может только тот, кого он касается. Одно прибавлю, что в случае решения в пользу неизменения своего положения надо, главное, не стараться оправдать это положение, а, не переставая, признавать его дурным и не переставать желать избавиться от него так, чтобы воспользоваться первой возможностью это сделать, не нарушая любви.
От всей души желаю вам найти тот выход из вашего положения, кот[орый] бы удовлетворил требованиям вашей совести. И этот выход вы, наверное, найдете, если перенесете вопрос из области суда человеческого на суд бога, заботясь только о том, чтобы сделать то, что он хочет.
Лев Толстой.
29 ноября 1901.
Печатается по копировальной книге № 3, лл. 163—164. Впервые опубликовано, с датой: «конец ноября 1901 г.», в Б, IV, стр. 52—54.
Сергей Петрович Поляков (1865—1904) — с 1883 г. служил в Ковенском окружном суде. Автор брошюры, изданной под псевдонимом «Александров»: «Учение графа Толстого о жизни (посвящается читателям «Воскресения»)», Ковно, 1900 (переиздана «Посредником» в 1902 г.). Сохранилась в яснополянской библиотеке.
В письме от 20 ноября 1901 г. С. П. Поляков сообщал, что, соглашаясь с взглядами Толстого, он хотел бы оставить службу в судебном ведомстве, но его тревожит будущее семьи, которая останется тогда без средств.
Получил ваше письмо, милый друг Поша. Кое-что о себе и об отношении моем к революционным листкам я написал и письме к Ив[ану] Михайловичу].1 Вы прочтете у него.
Вам же теперь пишу только о делах. Очень рад позировать вам и буду категорич[ески] отвечать на ваши вопросы.2
