Как и следовало предполагать, тот вынырнул из-за дерева в ту же секунду, как был вызван мной.
- Ты где шляешься, обормот? Почему я тебя по всему лесу разыскивать должен?
- Мы тут это, господин сержант, - залепетал он, - мы тут лошадь господина графа...
- Кого!? - казалось, моему изумлению не будет предела, - какого ещё, чёрт возьми, графа? Откуда он здесь взялся?
- То есть, виноват, господин сержант... В смысле - Дворянчика, - быстро поправился парень, - лошадь мы ему объясняли с Цыганом как рассёдлывать.
- Объяснили?
- Да. То есть, не то, чтобы очень...
- Наплевать! Остальное Цыган потом сам объяснит. А ты - марш за дровами! И чтобы через десять минут вот здесь, на этом самом месте, горел костёр.
- Так ведь, господин сержант, за дровами же уже пошли...
- Ты что, не понял? Я сказал, чтоб через десять минут вот здесь был костёр! Хватит болтать! Марш выполнять приказание!
Одуванчик, похоже, понял, что дальше спорить - судьбу гневить. То есть, в данном случае - меня. И счёл за лучшее ретироваться.
Очень хорошо. Теперь - дальше.
- Цыган! Дворянчик! Оба ко мне! Живо!
- Я здесь, господин сержант, - Цыган среди всех выглядел самым бодрым. Видимо, сказывалась привычка к кочевой таборной жизни. Дворянчик появился из-за дерева молча и встал несколько отстранённо и с насупленным видом.
- На вас - ужин.
- А что готовить-то? - это Цыган.
- А вот чего сготовите, то и есть будем.
- Ладно, - Цыган озадаченно почесал затылок, подумал и направился к возам с поклажей.
Подгоняемый моим мрачным взглядом, Дворянчик нехотя двинулся следом
К тому моменту возчики уже своих лошадей распрягли, обтёрли пучками травы и, стреножив, пустили пастись.
Подошедшему к повозкам Цыгану они без слов выдали котёл для приготовления пищи и потребное количество продуктов. Перетащив вдвоём с Дворянчиком все припасы поближе к будущему костру, Цыган принялся за чистку овощей. Дворянчик же, как более привычный к обращению с подстреленной дичью, занялся разделкой мяса. Навык у него в этом деле был не ахти какой, но кое-что всё же получалось...
Пару минут спустя на поляне появился Одуванчик с охапкой сухих тонких веточек. Усевшись на том месте, что я ему указал, он сложил нечто вроде шалашика и принялся сноровисто высекать огнивом искры...
Присев рядом с Одуванчиком, я некоторое время наблюдал за его действиями. Потом, как бы невзначай, спросил:
- Слышь, Одуванчик, а у тебя что, лакейская натура в крови, что ли?
- Почему это? - он даже несколько обиделся и, оторвавшись на мгновение от высекания огня, обернулся ко мне.
- А чего ж ты по старой привычке кинулся чужую лошадь рассёдлывать?
- Так ведь, господин сержант, мне это не трудно. А господина графа... То есть, Дворянчика, - тут же поправился он, поймав мой взгляд, - надо же было что-то сделать, чтоб он на Цыгана не кинулся. Он знаете какой? Сначала натворит чего-нибудь, а потом ходит, сам себя ругает. За горячность свою. Он ведь на самом деле хороший. Только гордый очень. И заносчивый... Вот и приходится его иногда сдерживать, - Одуванчик принялся вновь высекать огонь. Всего несколько ударов кресалом о кремень, по поляне пополз лёгкий дымок, и вот уже небольшой огонёк весело заплясал на веточках, ожидая, когда же ему подкинут более солидную пищу.
- Понятно, - сказал я, глядя, как Одуванчик подкладывает в огонь мелкие веточки, - а ты, стало быть, решил ему вроде няньки быть?
- Ну, почему - няньки? - пожал парень плечами, - просто должен же кто-то его от ошибок глупых удерживать.
Мне он вдруг стал интересен. Вроде бы обычный деревенский увалень. Да ещё совсем пацан. Даже в сравнении с остальными. А рассуждал уже совсем, как взрослый, состоявшийся мужчина. Не смотря на всю его доверчивость и добродушие, в нём чувствовался некий внутренний стержень, прочно удерживавший Одуванчика на однажды выбранном жизненном курсе и не позволявшем с него свернуть. Видимо, сказывался хоть и не продолжительный, но достаточно насыщенный событиями жизненный опыт. Особенно приобретённый за последние несколько месяцев жизни.
- Хорошо, - согласился я, - приглядывай за ним. Но если я ещё раз замечу что-либо похожее на прислуживание - вылетишь из отряда к чёртовой матери. Усвоил?
- Усвоил, - кивнул он, коротко взглянув на меня и отмахиваясь рукой от дыма.
- А ты молодец, - не преминул похвалить я его, поднимаясь с земли, - умеешь костёр разводить.
- Да уж, - улыбнулся он, - мы ведь дома с ребятами в ночное часто ходили. А там костёр - первое дело! Научишься...
Взгляд его вдруг стал отсутствующим, устремлённым куда-то вдаль. Глаза затуманились, а голос сделался тихим и задумчивым. Не иначе, дом вспомнил...
Ко мне подошёл, помахивая веточкой, Браур. Постоял, легко отмахиваясь от комаров и поглядывая по сторонам.
- Сложно с ними будет, сержант, - произнёс он.
- Ничего, - хмыкнул я, - обтешутся...
- Хотелось бы пожелать вам удачи...
- Пожелай.
