Огороженный проволочной изгородью, военный городок был полностью изолирован от гражданского населения. Кроме советников в нём имелся небольшой штат прислуги из местных жителей, которые занимались приготовлением пищи и уборкой. Кирпичные здания, составлявшие небольшой поселок, были прочны и безыскусны. Кроме офицерской казармы, где находилась общая спальня на двенадцать человек и две отдельные комнаты, здесь же были еще столовая, каптерка, командный пост и шесть ангаров. От нечего делать советник пошёл к ангарам. Там постоянно суетились люди. В первом строении располагались мастерские для ремонта и обслуживания техники. Второй ангар служил чем-то типа склада запасных частей. В нём же располагался местный цейхгауз. К третьему ангару вела мощная и широкая, бетонная дорога. Когда Сергей заглянул туда его взору предстали два разобранных "КрАЗа". Остальные ангары пока пустовали. Базу караулили солдаты народной армии, дежурящие на проходной и у командного пункта. Чтобы охрана объектов велась надлежащим образом, их проверял дежурный офицер из команды Зигунова.
Комендант базы майор Лунёв рассказал, что запланировано строительство еще шести казарм и расширение взлётной полосы. Солнце поднялось достаточно высоко: стало жарко и душно. На стройке бушевала пыльная буря. Несмотря на это работа кипела. Два мощных гусеничных бульдозера, выстроившись в ряд, расширяли взлётную полосу. За ними ехал грейдер, наводивший окончательный марафет. Воздух дрожал от рева моторов. Стоя у входа в каптёрку, Сергей наблюдал, как грузовик привёз ко второму ангару мешки с цементом и гипсом. Надувшись от собственной значимости, шофер в военной форме поставил свой грузовик с окрашенным в маскировочный цвет кузовом на площадке рядом. Он не спеша поменял воду в радиаторе и сонно наблюдал, как местные рабочие сгружают мешки, кое-как складывая их в ангар. Прячась от жары, политический советник направился на командный пункт, где ему был выделен отдельный кабинет для работы над внешнеполитической программой ФПЗ. По дороге он встретил Зигунова.
- Покурим? - предложил капитан.
- Покурим!
Как выяснилось из разговора, жизнь текла своим чередом. Кроме группы них в лагере было ещё пятеро советских офицеров, комендант, два переводчика, радиооператор и шофёр. Капитана Галицкого повысили в должности, назначив командиром экипажа "илюшина". Он теперь находился в Браззавиле, готовясь к перебазированию. По данным ОБС - "одна баба сказала", прибывший вертолёт тоже придавался их группе. Старшину Петренко временно командировали в Порт-Нуар для приёмки автотранспорта. Остальные ребята тоже не сидели без дела. Стройка шла уже целую неделю, но конца и края ей видно не было.
Липкин и Петренко были назначены курировать строительство бараков. На Ване Белкине висели охрана и обустройство КПП. Он был страшно недоволен, что кухонную команду, сплошь состоявшую из местных красоток, отдали под начало Беляева. Тот, естественно, не упустил случая и блистал красноречием:
- Мы приехали в Гинкалу учить негров есть хинкали! - балагурил он в столовой.
- Нет лучше вареники? - поддевали его коллеги, после чего Андрей обиженно замолкал. Дело было вот в чём. На второй день после прибытия группы одна из местных стряпух решила удивить русских. Она рассказала об этом Беляеву, который тут же сообщил коллегам, что за ужином всех ждёт сюрприз. Заинтригованные им офицеры собрались в столовой почти одновременно. Когда они расселись за столом, одна из стряпух по имени Джена, загадочно ухмыляясь, сдернула покрывало с большой, как таз, миски, обнажив для всеобщего созерцания огромный шар вареного теста.
- Шо цэ таке и з чим його идять? - буркнул под нос Петренко, устало рассматривая посудину с диковинным блюдом. Проголодавшиеся офицеры дружно ломали головы, пытаясь отгадать нежданную загадку:
- Разваренный хлебный мякиш,- предположил кто-то.
- Клейкое тесто в масле,- подал голос другой.
- Я, кажется, понял, это священное лакомство хьондусских бятусей - сострил Беляев.
- Нет, это слоновьи уши, запечённые в тесте.
Спор разгорался. Только Лунёв, как старший по званию, не ввязались в дискуссию и молча разглядывали диковинное блюдо.
- Это твоя идея, Беляев? - спросил комендант.
Беляев сказал наконец, сдаваясь:
- Слопаем, братцы, лишь бы съедобное. Начинай, Яшка.
- Ты, начинай, ты!
- Запросто. Ей-бо, интересно, что оно такое? - Андрей крикнул молоденькой стряпухе, стоящей рядом в явном ожидании комплиментов: - Эй, барышня! Женька! Что за еда у нас?
- Вареники. Обещанный сюрприз,- торжественно объявила она.
Губы Андрея сжались, его голова затряслась, словно попала под ток высокого напряжения, а из прищуренных глазах скатились слезы. Его примеру последовал весь стол, даже начальники.
- Вареник...- будто зачарованный повторил Петренко, так хорошо знакомое всем в лагере и таинственное н для туземцев слово. Все сидящие за столом офицеры еще с полминуты маялись от беззвучной икоты.
- Джен, милая девочка, - ласково произнёс Мартын Босс, обращаясь к надувшейся стряпухе,- ты нарочно, чтоб посмешить?
