Спасибо, сестра, говорит полицейский. Мы запишем ваш номер. Вас могут вызвать для дачи письменных показаний.
Марджи диктует номер, следит взглядом за уходящими полицейскими и клянет себя, что не подумала вытащить заодно и твой телефон. Выбросила бы в реку, и никто бы никогда не узнал.
Через двенадцать часов смена Марджи заканчивается. Она едет домой и зажигает свечу на алтаре с твоим альбомом и прядями волос. Ложится в постель с мыслью, что в полиции не смогут войти в твой телефон без пароля, а если пристанут к тебе, ты соврешь, что забыла его. От этого становится легче. Элси запрыгивает на кровать, и обе засыпают глубоким, приносящим отдохновение сном. Их не может разбудить даже соседская собака.
Марджи просыпается в четыре часа и видит один пропущенный звонок. Тот же номер, с которого ей звонили в воскресенье утром, – Т.
Спасибо, что перезвонили, говорит он.
Разумеется. Что-нибудь случилось?
Вы действительно хотите знать про Птаху?
Да. То есть, кажется, да.
Я хочу вам кое о чем рассказать. По-моему, именно вы можете ей помочь.
Марджи молчит. Слишком много противоречивых чувств, которые она не может объяснить.
У Птахи больше никого нет, Марджи.
Ты где?
Еще в школе. Вы меня не заберете? Я кое-что покажу.
Хорошо. У меня ярко-оранжевая машина. Ты ее точно заметишь. Выезжаю.
Т ждет перед школой и, когда Марджи сворачивает к парковке, машет рукой.
Крутая машина, говорит он, усаживаясь. Элси с заднего сиденья лижет Т лицо, и он смеется.
Я люблю мою прекрасную леди.
Что мы слушаем? – спрашивает Т с таким видом, будто музыка причиняет ему физическую боль.
Радио. Я даже не представляю, какая волна.
Вы не против, если я подключу свой телефон и поставлю что-нибудь другое?
Буду даже рада.
Что вы обычно слушаете?
Если честно, мне бы не хотелось отвечать. Я пытаюсь переучиться.
Вы же из Мельбурна?
Откуда ты знаешь?
Мама сказала.
Правда? Марджи чувствует, как краснеет.
Т ищет на телефоне музыку. Вот. Я поставлю вам группу из Мельбурна, она называется «Time for Dreams». По-моему, в вашем вкусе. В ней есть что-то притягательное, одиночество и надежда одновременно.
Марджи думает, действительно ли такое в ее вкусе. Из динамиков плывут необычные знойные звуки. Пожалуй, да.
Мне нравится, говорит она. Так куда же мы едем?
В центр. Попробуем встать у торгового квартала.
А что там?
Один мурал Птахи. Он поможет мне объяснить.
Какое-то время Марджи и Т едут молча, песня несет их. Марджи ощущает себя совершенно иначе, чем всего пару дней назад, когда она отчаянно искала тебя и Т. Теперь он сидит в ее машине и указывает путь к тебе или к чему-то с тобой связанному.
Как вы познакомились с Птахой? – спрашивает Марджи.
Столкнулись – буквально. Т смеется. Она шла по дорожке, может, задумалась о том, что будет рисовать. Шагнула в сторону, и я туда же – бац! Столкновение в пространстве.
Такое трудно забыть.
Да. Ее трудно забыть. Она шла с валиком и краской. Я спросил, что она собирается делать, и Птаха ответила: «Кое-что противозаконное». Я спросил: «Можно мне с тобой?» И она ответила: «Ну да». Мы пошли к старой фабрике, и я помог ей загрунтовать стену. Она сказала, на грунтовке краска лучше держится. А потом мы не расставались месяцев девять. Я понимаю, для вас это, наверно, не так уж много. Но мне показалось долго.
А какого ты мнения о ее матери, Мие?
