И тут я совершаю ошибку. Мне следовало бы забрать Альфонсо из гнезда и отселить его в отдельную клетку. Прежде чем я успеваю понять, в чем дело, Пташка начинает вить еще одно гнездо. Ситечка я ей на этот раз не предоставил, так что она начинает сооружать его в углу в задней части клетки, пристроив его между крайним насестом и стенкой клетки. Альфонсо успел напроказить, и теперь она в положении, и отступать некуда. Я разоряю гнездо, но она с яростной настойчивостью принимается за починку. Тогда я забираю из клетки весь строительный материал, но она начинает нападать на птенцов и выщипывать у них перышки так, что кажется, будто в клетке пошел желтоватый снег. Грудка и верхняя часть лапок у некоторых птенцов становятся совсем лысыми. Я сдаюсь. Она выглядит здоровой, поэтому я привожу в порядок гнездо, мою его и водворяю на место, добавив еще строительного материала. Она за один день успевает закончить работу и уже вечером откладывает первое яйцо.
И опять она откладывает пять яиц. Эту кладку она высиживает не очень старательно, и я уже почти начинаю надеяться, что на этот раз никто не вылупится. Тщетно я вглядываюсь, пытаясь найти в Пташкином поведении признаки усталости; она лишь вполне дружелюбно «пипает» в мою сторону и, несмотря на то, что вид у нее, конечно, несколько возбужденный, выглядит счастливой и довольной своей судьбой. Интересно, понимает ли она, что вольер полон поющих, щебечущих, шелестящих крыльями птиц и все они, за исключением Альфонсо, получается, вышли из нее. Мне даже не верится.
И опять во всей кладке ни одного «болтуна». Мне приходится оставлять дверцу гнездовой клетки все время открытой, чтобы Альфонсо залетал туда и помогал кормить птенцов. Не думаю, чтобы Пташка могла справиться с этим одна. Альфонсо отгоняет от этой клетки молодняк и проводит в ней с Пташкой большую часть дня, а также всю ночь. Мне до смерти надоедает облупливать каждое утро сваренные вкрутую яйца, измельчать их и добавлять в корм. Запах этих двух яиц, да еще смешанный с запахом вилки, с помощью которой я их только что разминал, кажется мне отвратительным.
