Афоня покупал всё значительно дешевле. Поскольку купцы получали огромную экономию, не тратя денег и время на дальний и рискованный путь.
Проблема заключалась в том, что "всё", почти весь обычный ассортимент здешней торговли - нам не нужен. Шёлк, олово... Остальное - либо единичными образцами (породистый скот...), либо по особому благоволению (хоросанские ковры...) за соответствующую цену.
"Очень-очень положительный торговый баланс"... Кто из моих коллег-попандопул ломал голову над такой сущностью?
Вал наших товаров вымывал из халифата серебро. Которого у них и так мало. Мы стали принимать золото и медь. Остроту проблемы частично решала эмиссия наших бумажных денег. Они хорошо распространялись в Табаристане и дальше вплоть до Рея.
Кроме нужного нам, мы покупали и товары для перепродажи. Все торговые сообщества Ближнего Востока к западу от Багдада сразу ощутили "эффект Чалуса". Многие караваны двинулись на север, а по линии Багдад-Мосул-Алеппо-Антиохия караван-сараи перестали заполнятся. Уменьшился поток товаров - уменьшились доходы правителей. Одни сокращали армии, другие - гаремы, третьи - выжимали последнее из поданных.
Возможность довольно дёшево перебрасывать массы товаров с Хазарского на Варяжское море, обеспеченная моей транспортной системой Волга-Двина "давила" западно-европейские торговые сообщества. И тамошние власти, получающие с них налоги.
Постепенно расширяемая Балтийская эскадра смещала "границу выгодности" моего транзита товаров к югу, вплоть до Лиссабона, а Беня всё глубже влезал по рекам от побережья внутрь континента. Михалко на Руяне и, особенно, Софья и Ростислава в Саксонии, успешно поддерживали этот процесс с суши. Северная Италия, Прованс, Южная Германия, привыкшие после Крестовых походов к дольке прибавочного продукта от посредничества в торговле, вдруг "просели". Люди взволновались и начали искать выход.
В этих условиях мой призыв, обращённый некогда к Софье Кучковне по поводу Барбароссы: "Дай ему! Дай!" оказался весьма уместным. Об этом - позже.
Конец сто двадцать шестой части
Часть 127 "А в нашем доме пахнет...".
Глава 644
Чуть назад.
В конце мая 1169 г. я вернулся во Всеволжск из Киева.
Поход против Жиздора, "хищника киевского", развернулся в серию тяжёлых и объёмных потрясений Всея Святыя Руси. Что потребовало долгого и чрезвычайного душевного и умственного напряжения. Утомило.
Домой! В родные пенаты! В милую сердцу норку!
"Когда ж постранствуешь, воротишься домой,
И дым Отечества нам сладок и приятен!".
Подобные мысли ласкали мою душу, вызывали постоянную непроизвольную улыбку, чувство грядущей радости. Предвкушения удобства, комфорта, разумности и обустроенности.
Приятно сознавать, что многое удалось.
Победа!
Точнее: победы.
Которые, в части последующей трудоёмкости, хуже поражений.
***
"Обычно зайцев душит жаба.
Так пояснил мне контролёр".
Я - не заяц, и контролёра нет. Но "жаба" - душит каждый день.
Вот же - победа! Теперь из неё надо выжать максимум! Я же оптимизатор или где?
