Анна решила пока подержать Деймона в неведении, а вот на цифры обратила внимание. Проверила и назвала Раде дату рождения своего искусителя. Она их помнила, но от волнения как будто забыла и решила на всякий случай перепроверить.
– Он думает о тебе. Ты как будто оттолкнула его, и он боится делать резкие движения, чтобы тебя еще больше не отпугнуть.
– Вот это поворот! Да это он сам все время со мной играет!
– Вот именно, играет. Так, посмотрим. Ну конечно, он другой национальности, и кровь у него горячая, он и не умеет по-другому. Себя и всех вокруг ему нужно держать в постоянном напряжении.
– Почему он в моей жизни?
– У вас, вне всякого сомнения, кармическая связь.
– Что это значит?
– Это значит, что вы должны будете преподать друг другу определенные уроки в этом воплощении. Причем это не обязательно, что вы станете партнерами, друзьями, мужем и женой. Кармическая связь может быть даже с убийцей.
– И мы были связаны и раньше?
– Безусловно, такая связь всегда повторяется из воплощения в воплощение. Думаю, что вы даже договорились с ним о сценарии своего взаимодействия в этой жизни.
– Даже если мне это сценарий причинит боль?
– Особенно. Ведь через боль в этой жизни душа возвышается и очищается, переходя на новый уровень. В случае, если достойно проходит испытание и делает правильные выводы, разумеется.
Рада говорила на первый взгляд странные и непонятные, даже какие-то еретические вещи, но они не вызывали в Ане ни малейшего антагонизма – она внимала Раде, полная странной уверенности в том, что уже слышала все это раньше.
– Можешь сказать, зачем мы с ним?
– Ну, этого я тебе говорить не должна, даже если бы и видела. Это твоя жизнь и твой урок. Если я снабжу тебя подсказками, то Бог или высший разум, называй как хочешь, может и усложнить, а то и вовсе поменять твое задание.
– Но он же послал тебя ко мне?
– Думаешь, за этим?
– Думаю, нет, уверенна, что да!
– Анна, скажу так, на сегодня хватит. Я итак много тебе рассказала, для первого раза достаточно. Вижу, ты итак сидишь шокированная.
– Ну да, есть немного.
– Понимаешь, я вдруг ощутила свою ответственность за тебя. Как будто я твой покровитель или наставник, что-то в этом роде.
– Я хочу продолжить.
– Непременно продолжим. Я приглашаю тебя к себе домой. Я там работаю. Сделаем тебе энергетический массаж. Я буду взаимодействовать не только с твоей физической оболочкой. Но и с тонким телом. В эти моменты обычно приходят ответы. Вот моя визитка. Звони, как будешь готова. А сейчас мне пора. И помни, все, что происходит, неслучайно. Но ты сама выбирала этот сценарий. Значит, ты заранее знала, что справишься.
На этих словах Рада захлопнула крышку ноутбука и начала собираться. Анна неловко попыталась вручить Раде влажную от комкания в руке рыжую купюру.
– Ну что ты, мы только начали, сегодня, считай, было знакомство. Буду признательна, если ты заплатишь за воду, которую мы пили. Ну все, мне действительно пора.
Они попрощались, как давние подруги. С появлением Рады Анна почувствовала пустоту, зиявшую внутри с тех пор, как она вычеркнула из своей жизни Алису. Рада дала Анне то ощущение дружеского тепла и поддержки, которого ей теперь так не хватало. Да, Анна полностью отдавала себе отчет в неравенстве их духовного обмена – Рада отдает, а она только забирает. Может быть, она, конечно, еще не все поняла. И существует какой-то другой обмен. И есть обстоятельства и встречи, которые не мы выбираем. Вернее, как сказала Рада, выбираем мы, но еще до того, как воплотиться в своей материальной оболочке. Так, если следовать той мысли, что все мы должны пройти на Земле свои уроки, то становится вполне возможным, что один из таких уроков Рады состоит в том, чтобы оказать Анне духовную помощь, направить ее…
Мысли о «высокодуховном» ненадолго вытеснили из сознания переживания о Деймоне. Анна не переставала думать о нем совсем, ощущать его «фоном», но уже не так надрывно, уже спокойнее, как будто все происходящее таким и должно быть и никуда от него не деться. Только идти вперед и достойно проходить свой урок. После первого же разговора с Радой Анна как будто увидела грани Мира, который куда как более многолик, чем ее собственный внутренний мирок. В котором совсем не осталось места Роману.
