Проступает серый свет,Подтекает под герани,В этой самой ранней раниНе прозренье, а навет.Возрастает подозренье,И ползет сквозь переплетТо ли холод озаренья,То ли ненависти лед.Беспризорны, оробелы,Взявшись за руки, летятАнгел черный, ангел белый,Друг на друга не глядят.<p>«Поморосил по мере сил…»</p>Поморосил по мере сил,В листве короткий гром исторгнув,Окурок тихо погасил,И почвой принят. Без восторга.Плескал беспечно, как вином,Тревожным духом заоконным…Но вовремя, по всем законамЗазеленело за окном.Одно лишь принимал всерьез —Судьбу и ремесло поэта.Рассказывали, что на этоСмотреть нельзя было без слез.<p>«Под кухонною полкой…»</p>Под кухонною полкойСвой карандаш грызу,Ругаю втихомолкуТо вьюгу, то грозу.Вокруг визжат и мчатсяЛихие домочадцы,И жизнь моя легка,Пока живу, покаРумяный, большеротый,Щербатый лик свободыВ заснеженном окнеПодмигивает мне.<p>РИСУНОК</p>Поминая черта всуе,Сереньким карандашомЧеловек метель рисует,Белый снег и черный дом.Ревность, чаянье, отвагаВ простодушной серой мгле,Рвется писчая бумага,Пища стынет на столе.И в последнем взрыве страсти,Потеряв находкам счет,Выхватит упругий ластикИ фонарик нанесет.<p>«А вот уже и в нашей яме…»</p>А вот уже и в нашей ямеПахнуло злом нездешних нег:Зашелушилось воробьями,И капнуло грачом на снег.Проснулась тихая старуха,Душа. И Бога не гневит,И, глядя на паренье духа,Она жалеет и болит.<p>ВЕСНА</p>Уже раздавлен и расколотВ наплывах желтых теплый лед,Уже артезианский холодПочти до горла достает.Испятнанный, сырой, хоть выжми,Приляжет ветер на пустырь,Сомнет пырей, сломает пижму,Ворону выбросит в кусты.Короче говоря, веснаСтоит, свободно и развязно.И снова эта новизна,Которая в зубах навязла.И снова пред тобой возникЗакон — лепить себя из грязи,Без Божьей помощи, без связи,Без пуповины, черт возьми.Обсохну посреди двора,А дальше — ливни, птичьи клочья,Средневековая жара,Варфоломеевские ночи.Везет же людям — тот набухПрелестной золотистой почкой,Тот — пробудился, и под кочкойИздал победный громкий звук.Пока не загустела грязь,Пока еще не стала вязкой,Я ублажу себя подсказкой,Над ручейком остановясь.Над маленькой канавкой,где При свете, сумрачном и жидком,Трепещет синенькая жилкаНа расцарапанной воде.<p>КАНИКУЛЫ</p>
