- Хорошо, следи за моей мыслью, – омега пощелкал пальцами перед носом обалдевшего альфы, - Я омега, ты альфа, согласен? - Торио махнул головой, соглашаясь, - Я крупнее тебя, как ты заметил, - Торио еще раз кивнул, - я старше тебя, тебе двадцать два, а мне двадцать шесть, возражения есть, - у Торио возражений не было, было только горячее желание слиться в очередном поцелуе, но омега не торопился, - и еще,… я не всегда пассив, так что будь готов, что мы иногда будем меняться.
========== Часть 1 ==========
«Я, Иванов Торио Васильевич, возвращался с этюдов, когда меня в переулке сбил неизвестный, убежавший в неизвестном направлении. Следом за ним на меня навалился крупный мужчина и без объяснений заковал в наручники. Потом меня посадили в машину и повезли в неизвестном направлении. Впоследствии оказалось, что в полицию».
- Ты чё мне мозги паришь? – альфа, от которого отвратительно несло пивом и потом, раздраженно стукнул кулаком по столу, Торио едва успел отдернуть руку. – Какие такие этюды? Какой к черту Иванов? Ты, чё, совсем нас за идиотов держишь?
- Тише, Макс, не горячись.
В кабинет, в котором проходил предварительный допрос, вошел еще один мужчина. Когда Торио поднял на него глаза, то понял, что безнадежно влюбился. Вошедший был красив той самой сокрушительной славянской красотой, которая очаровывала весь мир. Мужчина был настолько прекрасен, что Торио ущипнул себя за руку, чтобы очнуться от сладкого сна. Русые волосы со слегка выгоревшими светлыми прядками были небрежно зачесаны наверх. Брови вразлет с изломом, как крылья ласточки. Пронзительные голубые глаза, как у хаски. Античный нос над изящной линией слегка припухлых губ и едва заметная ямочка на волевом подбородке. Высокий, где-то под метр девяносто, широкие плечи обтягивала черная водолазка, подчеркивая каждый мускул накачанной груди и рельеф внушительных бицепсов, черные джинсы плотно обтягивали длинные поджарые ноги…
Он двигался с грациозностью барса и, похоже, был так же опасен. Пустая наплечная кобура на два пистолета обхватывала его плечи восьмёркой и крепилась к ремню. Подойдя к сердитому альфе, мужчина положил ему руку на плечо, пытаясь его успокоить. У Торио сбилось дыхание, когда он увидел его красивые сильные пальцы.
- Торио, Торио, - мужчина посмотрел на него и ухмыльнулся уголком рта, – редкое имя для наших широт. Насколько я помню, оно переводится с японского, как птичий хвост? – он добавил что-то еще на японском, но Торио только поморщился. К своему стыду, он совсем не знал языка отца.
- Я не говорю на японском, - Торио смущенно улыбнулся, - отец погиб в автокатастрофе, когда мне не исполнилось и года, и мы с папой вернулись в Казахстан к дедушкам. А еще через год он познакомился с Ивановым Василием Федоровичем, который усыновил меня, как только они зарегистрировали брак.
- Чем здесь рычать, - красавец обратился к вонючке, - пойди, пробей по паспортному столу и, заодно, по базе, а я с ним посижу, все равно дежурство тихое, - он коротко зевнул, - я бы вообще покемарил с ночной, да Толстолобик втык получил в главке и бегает теперь по конторе, как в зад укушенный.
- Океюшки, Барсик, я рысью, - оперативник вскочил из-за стола и убежал, унося с собой перегарный дух.
- Меня зовут Борис Михайлович, – представился красавец.
- А можно я вас нарисую? – Торио быстро перевернул лист с объяснительной и стал набрасывать шариковой ручкой идеальное лицо мужчины, сидящего перед ним, – а почему у вас двойная кобура? – поинтересовался Торио, не отрываясь от рисунка.
- Потому, что стреляю с двух рук, - Борис улыбнулся, - пустая, потому, что в конторе, а не на задании, не снимаю потому, что лень, да и надевать ее потом долго. Ну как, я на все твои вопросы ответил?
- Почти, - Торио смущенно улыбнулся, – а вы не могли бы мне объяснить, почему я здесь оказался?
- Ну, вообще-то, мне самому уже стало это интересно, - Борис так искренне улыбнулся, что у Торио сердце замерло, - давай, рассказывай, что ты там, в наркопритоне делал, рисовал? И как часто ты там бываешь?
- Это все нелепое стечение обстоятельств и одна ужасная ошибка, – Торио перестал рисовать и со всей искренностью посмотрел в ясные голубые глаза Бориса.
– Я проходил мимо, - Борис красноречиво хмыкнул, - но я действительно проходил мимо, когда из переулка выскочил некто и, сбив меня с ног, удрал, а пока я поднимался, на меня со спины навалился кто-то громадный и завернул руки за спину. А потом просто засунули в жутко воняющую машину с какими-то доходягами и привезли сюда. Это, вообще, так возмутительно! А как же права человека? А зачитать мне мои права при задержании? И хоть бы объяснили, за что? Я художник!
- Тише, тише, - Борис, улыбаясь, поднял руку в успокаивающем жесте, – на чем рисуешь ху-удожник? Где альбом? Мелки там всякие?
- У меня был этюдник, - с горечью в голосе сказал Торио, - он отлетел в сторону, когда я упал. Знаю я этот район, его уже, наверное, украли…
- Все, выяснил! - следователь забежал в комнату, размахивая бумажкой, - есть такой Иванов Торио Васильевич, двадцати двух лет от роду, заканчивает Художественную академию в этом году, лауреат фиг поймешь какой премии. Кроме этого, была у него пара персональных выставок. Художник – анималист. А это чё за фигня такая? - альфа почесал голову.
- Не парься, - улыбнулся Борис, - человек животных рисует. И, по всей видимости, хорошо рисует, смотри, как меня нарисовал, – красавец выхватил лист из рук растерявшегося Торио и показал коллеге.
- Ух, ты! – восхитился альфа, - я заберу! Моя объясниловка, значит, и рисунок мой!
