— Знаю, что ты думал. Но тебе надо помнить, в этом городе найдется немало охотников почесать языком, сто очков вперед дадут любому репортеру, поэтому постарайся шевелить мозгами. А тебе, красавица, я так скажу, — она обернулась к Агнес, — если твой папаша сильно покалечил моего сына, ему это с рук не сойдет. Бог свидетель, он за это заплатит, да еще как заплатит. Но ты, похоже, пошла против него и позаботилась 0 моем сыне, так что спасибо тебе. — С этими словами женщина покинула кухню.
Агнес тоже поднялась и лишь теперь осознала, как устала и вымоталась.
Вилли с Артуром ждали ее у входа со шляпами в руках.
— Извините, мисс, что нагрубил вам, — произнес Майк, когда она проходила мимо.
Агнес подняла на него глаза, но ничего не сказала. В сопровождении двух братьев девушка вышла из дома. Они тронулись в путь. Все трое молчали. На главной улице перед ними как из-под земли вырос полицейский.
— Привет, парни. — Он окинул взглядом братьев, потом наклонился к Агнес.
— Все в порядке.
— Вы уверены?
— Ну, конечно, спасибо вам.
— Да, констебль, она в этом уверена, — с нажимом проговорил один из спутников Агнес. — Она зашла к нам по делу, и наша мама попросила нас ее проводить. Хотите составить нам компанию?
— Да, пожалуй, пройдусь с вами.
— В этом нет необходимости, констебль, — постаралась убедить дотошного полицейского Агнес. — Мне надо было сообщить кое-что этим... — Она едва не сказала: "джентльменам", но заменила это слово на "миссис Фелтон". — Это касается ее младшего сына Робби. Он попал в больницу.
— Так он в больнице? Хотя все к тому и шло, удивляюсь, как он раньше там не оказался. Что скажете, парни?
— Вот что я вам отвечу, констебль, — заговорил Артур. — Есть такая штука, называется провоцирование, мне об этом рассказал тот тип в суде. А у нас есть свидетель... эта мисс. Она, как вы видите, леди, а они всегда говорят правду.
— Тогда идите. — Констебль отступил в сторону, и они по-прежнему молча направились своей дорогой.
На Спринг-стрит Агнес остановилась.
— Вот мы и пришли, — сказала она, взглянув по очереди на братьев. — Дальше я дойду сама. И... спасибо вам большое, что проводили меня.
— Пожалуйста, приятно было вас проводить, мисс, — откликнулся один из братьев.
Агнес вспомнила, что он же объяснял, что значит "нелегально", показывая тем самым, что знаком с законом. Хотя, скорее всего, он был с ним не в ладах. И все же Агнес не могла сказать, что этот мужчина, как и его брат, вызывали у нее неприязнь.
— До свидания, мисс, — попрощались с ней братья Фелтоны.
— До свидания, — ответила она. — И еще раз спасибо.
Они повернули назад, а Агнес пошла по улице к дому. У дверей кондитерской она остановилась и позвонила. Раз, другой, но и после третьего звонка к ней никто не вышел.
Агнес зашла со двора и принялась стучать в дверь черного хода. Наконец, наверху в комнате Джесси вспыхнул свет, до нее донеслись приглушенные голоса. Внезапно свет погас, и все опять стихло.
Агнес не верилось, что отец отказывался впускать ее. Она огляделась. Ключа от Дома, где сдавались комнаты, у нее не было. И у Томми, если бы она его разбудила, для нее не нашлось бы места, в их жилище было всего две комнаты. На полу в цехе фабрики среди мышей и тараканов спать ей тоже не хотелось. На глаза Агнес навернулись слезы. Но плакать она не стала, ей в голову пришла мысль получше.
Выбежав на улицу, девушка направилась к шляпному магазину. Она с силой утопила кнопку дверного звонка и не отпускала до тех пор, пока не увидела сквозь стеклянную дверь мерцающий огонек. Кто-то шел через магазин со свечой в руке.
— Кто там? — раздался голос мисс Рини.
— Я не могу попасть домой, — крикнула Агнес. — Отец не хочет меня впускать.
Дверь отворилась.
— Ах, моя дорогая, ты вся дрожишь, — промолвила мисс Рини. — Откуда ты? На дворе полночь. Входи же скорее, — поторопила женщина и обернулась к стоявшим позади нее сестрам. — Флоренс, поднимись наверх, зажги газ и раздуй огонь в камине. А ты, Белла, поставь на плиту чайник. Девочке надо попить горячего, она вся дрожит как осиновый лист. — Уже наверху мисс Рини заботливо укутала Агнес шалью. — Ну вот, садись, сейчас принесут чай, — приговаривала она, устраивая Агнес поудобнее.
Теплые слова и забота сестер лишили Агнес остатка сил. Она заплакала, сначала тихонько, потом плач перешел в отчаянные рыданья. И сквозь истеричные всхлипывания, сбивчиво она поведала ошеломленным сестрам обо всем, что произошло. Рассказала и о незнакомце, который сказал ей, что давно не встречал ее в магазине. И о небезызвестных братьях Фелтонах, проводивших ее домой, куда, как оказалось, путь ей был заказан.
