Улыбка не покидала меня, когда я слушала быструю речь Гёкхана, но, когда он упомянул об отпуске, мое лицо недовольно сморщилось, ведь я вспомнила, что соврала ему. Я глубоко вздохнула, все еще прогуливаясь по огромному саду, в который вышла впервые за все время пребывания в доме.
– Я приеду в самое ближайшее время. – Не знаю, обманывала ли я Гёкхана или же саму себя. – Я тоже по всем соскучилась! Но больше всего по тебе, это от всего сердца.
– Йес! – воскликнул Гёкхан. – Как думаешь, когда Эмре об этом услышит, сильно расстроится?
Я рассмеялась и посильнее укуталась в шаль.
– По нему я тоже очень скучаю… – я вздохнула. – Какие вообще новости? В ресторане все в порядке?
С неба начал накрапывать дождь, и в саду можно было ощутить приятный запах влажной земли. Я вдохнула полной грудью.
– Только не вздумай сообщать мне плохие новости! – пригрозила я.
– Самая худшая новость, которую я могу тебе сообщить, – это то, что нам нужно заменить печи. Ты оставила меня за главного, начальница. Что плохого может случиться, пока я все здесь контролирую? – сказал он громко.
– Это что за вольности? – спросила я, смеясь. – Что с тобой случилось? Шуточки отпускаешь, эго демонстрируешь. Все хорошо?
Я была единственным источником звука во всем саду. Проходящий мимо охранник уткнулся лицом в землю, избегая встречаться со мной взглядом. Это позволяло мне передвигаться по саду более непринужденно. Я не знала, был ли у них приказ так себя вести или, может, это было основой рабочего этикета, чтобы вести себя так со всеми, кого они охраняли. В это время Гёкхан продолжал:
– Я думаю, за время твоего отсутствия мы все немного изменились. Увидишь, как только вернешься из отпуска.
– Обещаю, что скоро вернусь, – ответила я.
Внезапно мною овладело сильное желание ступить на землю голыми ногами, поэтому я сначала сняла обувь, а потом и носки. Холод влажной земли и мокрой травы, мнущейся под моими ногами, заставил меня вздрогнуть. Через пару секунд я услышала в динамике второй голос.
– С кем ты говоришь? С Эфляль?
Это была Сена.
– Это с ней ты разговариваешь? – не унималась она.
– Да нет же, – ответил Гёкхан, отмахиваясь от нее. – Не с ней.
– Я тоже хочу ее услышать, – сказала я взволнованно. – Не зли ее и передай ей телефон, Гёкхан.
Гёкхан издал возглас, полный боли, потому что Сена, видимо, наконец-то добилась своей цели, выхватив телефон из его рук.
– Сестричка? Эфляль, это ты?
– Сестричка, – сказала я, и мое сердце защемило от тоски. – Это я.
– Эфляль, – голос Сены дрожал. – Я очень по тебе скучаю. Сильно-сильно. Когда ты вернешься? Без тебя жизнь теряет свои краски.
Мои глаза наполнились слезами, и стало понятно, что хождение по сырой земле тоже не принесло облегчения.
– Ты так сильно по мне соскучилась? – попыталась пошутить я. – Врунишка!
– Да нет же, это правда, – по ее тону стало понятно, что она вот-вот заплачет. – Клянусь, что скучаю. Без тебя все не клеится, вечно какие-то неприятности происходят, – стала жаловаться Сена. – Возвращайся поскорее.
Слезы уже полились по щекам, как вдруг я услышала Гёкхана, который закричал на заднем плане:
– Тюлай, дорогая, пожалуйста, вернись домой!
– Да уходи уже отсюда! – гаркнула Сена куда-то в сторону.
– Сестричка, я скоро вернусь, – судорожно произнесла я. – И тогда все снова будет хорошо.
– Обещаешь? – спросила Сена с надеждой.
– Обещаю.
– А когда? Когда ты планируешь вернуться? Как будто уже месяцы прошли… Ты пару недель назад говорила то же самое, – упрекнула она, и я невольно улыбнулась.
– Подросла и начала злиться на меня? Говорю же, немного осталось, скоро я буду дома, совсем скоро.
Медленными шагами пересекая территорию сада, я добралась до окраины, где находилась собачья будка.
– Вдруг я сделаю тебе сюрприз и приеду тогда, когда ты и не ждешь, – ответила я шепотом.
– Что? – закричала она в трубку. – А может, ты уже здесь? Вернулась?
– Нет, – километры между нами тяжелым грузом осели на сердце. – Давай поговорим в следующий раз. Не сегодня, но еще обязательно пообщаемся.
– Но… – начала она с грустью и всхлипнула, – я думала…
После того как мы виделись с Сеной каждый день и проводили друг с другом так много времени вместе, последние месяцы оказались для нас обеих очень болезненными. Врать ей было сложнее всего. Я закинула голову, обратив взгляд в небо.
– Мы с тобой два сердца, которые бьются под одним небом, – пробормотала я. – Что может встать между ними, что может разорвать такую крепкую связь?
Комок застрял в горле.
– Успокойся, не плачь и верь моему слову. Я скоро приеду, Сена.
– Пожалуйста, приезжай скорее, сестра, – Сена все-таки начала плакать.
Тут трубку перехватил Гёкхан.
– Эфляль, девчонка совсем раскисла. Поэтому я и не хотел, чтобы она с тобой говорила. Я сейчас постараюсь ее успокоить, позже позвоню. Хорошо?
– Перезвони мне, как только она успокоится, – поспешно ответила я. – Я буду ждать.
