Антон вдруг заволновался и, чтобы успокоиться, стал смотреть в открытое окно. Таня заметила на столе над диваном, множество небольших работ с гномами, принцессами, кораблями и замками.
– Это я начал писать иллюстрации к сказкам по заказу одного издательства. Часть уже сделал. Тут еще много набросков, – пояснил Антон.
Затем Таню привлек портрет красивой светловолосой девушки с тюльпанами в руках. На голове у нее был капюшон, и глаза были печальными.
– Какой трогательный портрет, – сказала Таня. – Это реальная девушка или созданный в воображении образ?
– Эта девушка была моей женой, – просто сказал Антон.
– Удивительно красивая у вас жена, – сказала Таня, чуть смутившись. – Но почему вы говорите "была"? Ой, простите, я, кажется, перехожу грань дозволенного!
– Ничего тайного в этом нет. Она действительно была. Она погибла…
– Боже мой! – волнение Тани было искренним. – Но как же это?
– Произошла трагедия…
Таня видела, как нелегко Антону даются эти слова.
– Вам очень тяжело вспоминать, не нужно…
– Это долгая история, – махнул рукой Антон, вздохнув. – Это давно было…. Как-нибудь в другой раз… Но мы опять на «вы»?
– Мне трудно как-то сразу привыкнуть…
– Понимаю!
Таня вдруг почувствовала время. Чувство реальности охватило её, и она, забеспокоившись, посмотрела на большие часы на стене, сделанные в виде теремка. – Простите, но я засиделась у вас. Мне ведь нужно идти.
– Подождите, – опомнился Антон. – Что же это я? Даже не предложил вам кофе. Через минуту все будет готово!
И он поднялся, направившись на кухню.
– Нет, нет, что вы, уже поздно, мне нужно домой, иначе родители будут искать меня, и перевернут весь город.
В её голосе была решительность, да и время было уже позднее, и Антон сказал:
– Погодите, я вас провожу, только наброшу пальто.
– А как же ваша рана? – забеспокоилась Таня. – Может вам лучше полежать?
– Да, пустяк это, царапина, заживет быстро. А чувствую я себя вполне сносно.
Антон помог Тане одеться и вынул из шкафа две большие книги с цветными иллюстрациями и положил в пакет.
– Возьмите, почитайте, если интересуетесь искусством… Здесь хорошие репродукции и немного полезной информации. Но главное – репродукции. Внимательно смотрите их, это многое дает…
– Большое спасибо, – обрадовалась Таня, быстро перелистывая тома.
Вышли вместе в промозглый осенний вечер. Дождя не было, лишь ветер по-прежнему ворочал озябшие листья. В лужах опрокинуто отражались серебряные холодные звезды, спокойная величавая луна, горящие желтые фонари.
Царь аккуратно обходил лужи, важно и неторопливо, с чувством собственного достоинства.
Таня все еще была под впечатлением картин и необычного знакомства, и поэтому думала о своем. Антон кутался в пальто, краешком глаза наблюдая за девушкой.
Когда они дошли до её дома, Таня повернулась лицом к Антону:
– Ну, что, будем прощаться. Вот здесь я живу. Спасибо вам еще раз за все, что вы сегодня для меня сделали. Спасибо тебе, собачурка, – она взлохматила шерсть Царю, вдруг испугавшись сама этой смелости и удивляясь, тому, что Царь её не тронул.
Антон улыбнулся, догадавшись о причине ее удивления и сказал:
– Он хороших людей не трогает. Умный пес.
А потом серьезно, глядя пристально в глаза Тани, сказал:
– Таня, послушай меня внимательно. Я чувствую, что ты не такая девушка как другие. Ты особенная, душевная… (Таня смущенно махнула рукой). Таких как ты, удивительно чистых, добрых, очень мало на свете. Я не знаю, увидимся ли мы еще… Но я тебя приглашаю приходить в гости, когда выпадет свободное время. Адрес ты знаешь. Если меня не будет, пиши записку и бросай в почтовый ящик, безо всякого стеснения. Помни, в моем доме никогда не обижают и никогда никого не унижают. У нас можно говорить, можно молчать, читать, петь, в общем – свобода! Я тебе многое покажу, познакомлю с друзьями. Приходи! Хорошо? Я видел, как ты реагировала на искусство, мне не хотелось бы чтобы мы, люди, у которых общие взгляды и интересы, общие души – жили разъединенно в этом мире.
Антон чувствовал, что говорит отрывочно, бессвязно, не так как ему хотелось бы, и в душе ругал себя…
А ветер играл нежными, пушистыми волосами Тани, и в темноте горели её глаза. Тане передалось волнение Антона, но она ещё не могла осмыслить важность этой встречи. Ей казалось, что впереди много интересного, увлекательного!
– Я обязательно приду. Вот только освобожусь.
И ее маленькая ручка исчезла в большой руке Антона.
Зайдя в подъезд, она остановилась на лестничной площадке первого этажа и внезапно для себя пошла вниз и тихонько выглянула из дверей подъезда.
Высокая фигура в пальто и огромный черный пес удалялись, шагая вдоль аллеи, забросанной охапками листьев. Она мгновенно вспомнила тот вечер в парке, когда она летала между звезд, трамвай, забрызганное изумрудными каплями окно и фигуру человека с собакой, насквозь промокших под дождем.
Она улыбнулась и освещенная какой-то небывалой радостью, даже не думая о неизбежном оправдании дома перед взволнованными родителями, быстро метнулась наверх.
__________________________________________________________
Глава 4. Сергей. «Грани Алмаза»
