— Софа, будь другом, давай хоть пару слов. Ты застукала мужа с любовницей? — Андрей всегда вцеплялся в своих жертв, как английский бульдог. Под наплывом наглости они частенько выдавали что-нибудь интересное.
— Боже, какая пошлость! — легко рассмеялась София. — Давай немного подождем. Интрига — это же лучшее, что я могу тебе предложить. Моя специализация, можно сказать. С удовольствием бы с тобой пообщалась, но дела, знаешь ли.
София послала воздушный поцелуй в камеру. Фотографии, пожалуй, появятся в Интернете уже сегодня. Она снова надела очки, натянула капюшон и вставила наушники. Быстрым шагом пересекла холл. Журналист с фотоаппаратом бросился за ней, но она опередила его, оказавшись на улице на секунду раньше. Артур ждал у входа, она скользнула в машину, закрыла дверь.
— Поехали, и побыстрее, пожалуйста.
— Куда?
— Куда? — София замерла на минуту. В голове полный сумбур. Ей нужно время, ей действительно нужно время, чтобы с этим всем разобраться. Как-то пережить эту боль, забиться в дыру, забыться. Куда же ей надо было? София нахмурилась — она пыталась вспомнить, куда она собиралась ехать, но не смогла этого сделать. Выдала первое, что пришло в голову.
— В аэропорт.
Артур не задавал лишних вопросов. Он завел двигатель, и машина плавно стартовала. София затихла и прислушалась. Голос продолжал петь. Пойманный на середине песни, он утверждал:
It’s better to be sorry than safe.
«Не знаю, кто ты, но ты чертовски прав».
Анна стояла под комнатой Мартина. Сегодня он еще не выходил оттуда. Она приносила ему еду, питье и тихонько уходила. Он не захотел переезжать в дом в Осло. Анна понимала, что лучше всего оставить его в покое, но со звукозаписывающей студии звонили уже в пятый раз за последние два часа, хотели знать, будет ли он записывать новую песню. Она легонько постучала — нет ответа. Анна толкнула дверь. Мартин лежал на кровати в той же позе, в которой она оставила его несколько часов тому назад.
— Мартин, звонили со студии…
— Отмени.
— Инспектор заходил.
— Что нужно?
— Завтра похороны этой девушки.
— Пошли цветы.
— Зачем? — Анна была сбита с толку.
— Я должен для нее что-то сделать. Как-то признать ее. Чтобы ее смерть была не напрасной, понимаешь? — Голос Мартина был ровным, казалось, этот человек никогда не выходит из себя. Скорее он в себя уходит. И чем хуже ему, тем глубже он в себя погружается. Анна подошла и села рядом, взяла за руку. Рука была ледяной, а ведь ему никогда не бывало холодно, да и комнату она протопила с утра.
— Чем тебе помочь?
— Ничем, глупая моя девочка, ты и так делаешь достаточно.
— Но я не могу видеть тебя таким.
— Прости.
Мартин сел на кровати. Впервые он задумался о том, как эгоистично себя вел. Забыв об Анне, не уделяя внимание Ленне. Он погрузился в себя, отрешился от внешнего мира. Искал внутреннее спокойствие, беспокоя тех, кто его окружал. Это было несправедливо.
— Тебе не нужно на меня смотреть, — тихо сказал Мартин.
— Как это? Я никуда не уеду, — сразу же запротестовала Анна, но сделала это в присущей ей манере: мягкой, покорной, готовой поступить так, как он скажет. Как это было всегда. Мартин посмотрел на женщину, сидящую перед ним. Как же ему с ней повезло. Она единственная смогла принести спокойствие и уют в его жизнь. Окружить таким теплом, какое не мог дать ни камин, ни самое жаркое солнце. Анна была его спасением, его шансом на нормальную жизнь. Жизнь, которой у него никогда не было. Он всегда был шлюпкой в океане, в очень бурном океане. Мартин на секунду прикрыл глаза. Ему надо было чем-то заняться, найти себе какое-то применение.
— Уеду я, — неожиданно вырвалось у него.
— Что? — Анна опешила. — Как это? Ты же должен записывать песню. И эта девушка…
— Вот именно, поэтому мне надо уехать.
— Но я не понимаю.
— Анна? — Мартин взял жену за руку и мягко посмотрел ей в глаза. Ждал, когда до нее дойдет его логика. Так было всегда, Анна всегда понимала. А если и не понимала, то принимала.
— Ты не хочешь всей этой шумихи? — Она протяжно выдохнула.
— Нет, не хочу.
— Но я… — На какой-то момент она попыталась возмутиться. Опять он оставляет ее одну со всеми проблемами, уходит, не стоит у нее за спиной! Да, это естественно, чего она ожидала? Он же гений, а гении — они как дети. Нет, сейчас нельзя кричать, топать ногами и требовать, чтобы он остался рядом с ней, общался с прессой, журналистами, фанатами, родственниками девушки, чтобы это делал он, а не она. С ним так нельзя, он может сломаться и уйти. А она без него не сможет. Она слабо улыбнулась.
— Куда ты хочешь полететь?
Мартин погладил жену по щеке. Ну какая же она умница, все понимает без слов.
— Все равно. Мне просто нужно тепло, весна, но без жары.
— Острова?
— Нет, слишком жарко и сейчас сезон.
— Я могу снять тебе дом на Сейшелах.
— Я не хочу купаться, но мне нужна вода. Много воды, океан. И природа.
Анна задумалась.
— ЮАР?
