Не раздумывая, констебль взялся за небольшую механическую коробку телеграфного ключа, из которой торчали проволочные провода, уходя, куда-то вниз, под стол. Он переключил рычажок и начал что-то отстукивать.
— Что вы делаете, сэр?
— Передаю на пост. В участок на Грэйсби. Сообщение о потерпевших и об убийце, появившемся в Горри.
Финч вспомнил сержанта Тамзи, но как он ни пытался представить себе, чтобы тот изловчился и поймал Кэрри, ему это не удалось. В его воображении сержант был намертво приклеен к стулу и стойке клеем. Куда ему тягаться с неостановимым охотником не-птицей.
Мистер Перкинс наконец закончил отстукивать и встал из-за стола. Подойдя к мальчику, он пристально оглядел его.
— Нужно обработать твой ушиб.
Констебль что-то достал из ящичка с лекарствами. Откупорил стеклянный темно-коричневый флакон.
— Что это? — спросил Финч.
— Свинцовый раствор.
Обмакнув вату в раствор, констебль приложил ее к ссадине на лбу мальчика.
— Так, — сказал мистер Перкинс. — А теперь расскажи мне все по порядку. Как ты оказался в экипаже клерков из приюта.
И Финч, морщась от легкого жжения на лбу, рассказал. Не все, конечно. Только кое-что. О пропавшем дедушке и о том, как искал его по всему дому, а в итоге обнаружил послание на граммофонной пластинке. Особое внимание он уделил тому, как его забрали из дома и увезли.
Констебль слушал внимательно, и, когда мальчик закончил свой недолгий рассказ, уточнил:
— То есть ты и твоя подруга…
— Она мне больше не подруга! — негодующе воскликнул Финч, вспомнив предательство Арабеллы. Он не хотел, чтобы кто-то, а в частности мистер Перкинс, подумал, будто их что-то связывает.
Впрочем, детские ссоры констебля не волновали.
— Значит, дело в пропаже твоего дедушки, — подытожил он. — Вы с этой девочкой возомнили себя сыщиками и стали влезать в неприятности.
— Ну да. — Финч потупился. — Ну, не совсем в неприятности. Но мы больше никуда не влезаем! — заверил он. — Дедушка ведь оставил сообщение, что скоро вернется. И мы больше не ходим в разные опасные места, как то кабаре.
— Какое кабаре? — спросил мистер Перкинс.
— Как «какое»? — удивился мальчик. — «Пересмешник», где поет Фанни.
— Фанни?
— Мадам Розентодд. — Финч кивнул на афиши над столом мистера Додджа.
Мистер Перкинс обернулся:
— Разумеется, — сказал он задумчиво. Выглядел он так, словно что-то вспоминал или, как показалось вдруг Финчу, запоминал.
Констебль встал из-за стола, подошел к вешалке и, покопавшись в обувной стойке, вытащил из нее одежную щетку.
— Возьми, — сказал он и протянул ее мальчику. — Нужно привести тебя в порядок.
Финч принялся отчищать талый снег и грязь с пальто.
— Есть гребешок? — спросил констебль.
— А? Нет, сэр. С волосами все нормально. У меня всегда так.
Мистер Перкинс тем временем заглянул в свой блокнот. Пробежав глазами заметки, кое-что дописал, после чего тяжко вздохнул:
— Что ж, хорошо, что ты мне все рассказал. Описание убийцы я отправил, с Грэйсби его разошлют по всему Горри. Можешь не беспокоиться, мы его схватим. Но пока что воздержись от прогулок по городу. К тому же послезавтра снежная буря. Из дома — ни на шаг.
Тут мальчик вспомнил, что именно стало причиной его нынешнего плачевного положения: и злорадство миссис Поуп, и мерзкую мадам Гриппен. Он помрачнел.
— Сэр, но меня ведь забрали в приют. Эти неравнодушные пожаловались и…
— Послушай, — твердо сказал полицейский. — Ты ведь не совсем один, так ведь? Твой дедушка жив, просто он временно отлучился. С его стороны, разумеется, было весьма безответственно оставить тебя одного, еще и на время снежной бури, но у тебя, насколько я понял, есть доказательство того, что он вернется, так? Запись, о которой ты говорил. Так что я не вижу причин, почему бы тебе не вернуться домой. Ты ведь хочешь домой?
— Конечно, хочу!
— Что ж, о чем тогда разговор? И все же моим долгом является предупредить, что тебе не стоит больше обращать на себя внимание, как убийц, так и полицейских. Ты понял меня, Финч?
— Да, сэр, — кивнул мальчик.
Констебль выразительно поглядел на него.
— Ты точно понял?
— Да, сэр.
— И если я тебя поймаю в запрещенном месте или за занятием, неподобающим для детей, ты не будешь против, если я тебя арестую?
— Ну, сэр…
— Хм, я так и думал.
Констебль усмехнулся.
— Что ж, пора вернуть тебя домой, — сказал он, возвращая щетку на место.
— Сэр, я боюсь, что миссис Поуп не отдаст мне ключ.
— Ключ?
— От моей квартиры. Она забрала его, когда за мной приехали клерки из приюта.
Констебль лишь пожал плечами.
— Но это ведь ключ от твоей квартиры. Уверен, она тебе его с радостью вернет.
Финч в этом очень сомневался. Особенно — в ее «радости».
— В любом случае, — продолжал мистер Перкинс, — я пойду с тобой. — Он надел шлем и шинель, обернул шею шарфом. — Проведу тебя до дома. Мне так будет спокойнее. А то еще встрянешь во что-то за эту сотню шагов.
— Спасибо, сэр.
Мистер Перкинс запер дверь «Фонаря констебля», и они направились в сторону дома № 17.
Финч опасливо озирался кругом, пытаясь разглядеть в темноте и в снегу силуэт Кэрри. Мистер Перкинс заметил это.
