Дальнейшие видеоматериалы освещали развязку всей истории. Вилар, после ранения ядовитой пулей, на руках Мии доставлен в участок охраны Гаола. Несколько выпусков с обсуждением состояния здоровья Верховного Хранителя. Были высказаны предположения, что после отравления Дроном восстановить физическую форму руководителю не удастся.
Завершался показ общим роликом, в котором зрителю вкратце напоминалась вся история злоключений Мии, Кима и Вилара. Повторялись особо зрелищные моменты, которые перемежались комментариями каких-то специалистов.
Когда экран погас, в палате воцарилась тишина.
– Ну как Вам? – не выдержал, наконец, Глава Мирового Совета.
Мия молчала. Рид и Мирол насторожено переглянулись.
– Вы ведь не ради праздного любопытства интересуетесь моим мнением? – задумчиво проговорила Мия.
– Вы абсолютно правы. Теперь, когда для вас все позади, нам нужно ваше непосредственное участие. Катакомбы разрушены почти полностью, но на окончательное подавление сопротивления нужно время. Ваша история не должна прекращаться, еще как минимум месяц, а в идеале несколько месяцев. Как только в Гаоле удастся наладить новый порядок, вы сможете уйти в тень, – объяснил Мирол.
– Ну, после такого, – грустно сказала Мия и махнула в сторону экрана, – мне вряд ли когда-нибудь удастся уйти в тень.
– Я понимаю, что медные трубы не для вас. Вся эта шумиха угнетает и смущает. Но я не просил бы вас, если бы не острая необходимость. Не я втянул вас в эту историю, решение было принято большинством голосов, но моего там не было, поверьте. А теперь обратного хода нет, – грустно пояснил Глава.
– Если это так важно, у меня есть условие.
Рид поднял на дочь удивленные глаза. То, что Мия диктует Главе Мирового Совета какие-то условия, шокировало мужчину. На какой-то момент ему стало стыдно за дочь.
– Какое? – с лукавой улыбкой поинтересовался Мирол.
– Я хочу, чтобы амнистировали Лору.
– Кого, – в один голос спросили мужчины.
– Лору.
– Кто такая Лора? – удивился Мирол.
Рид был возмущен. Мало того что дочь дерзит такому человеку, так она еще просит освободить какую-то уголовницу.
– Лора – это человек, благодаря которому я узнала про невидимок. Женщина, благодаря которой я выжила в Гаоле. И персонаж, который вытащил нас с Виларом из той заварухи в катакомбах.
С минуту мужчины удивленно смотрели на Мию. Затем Мирол опомнился и начал отпираться:
– Мия, все не так просто. Подобные вопросы не в моей компетенции…
Девушка смотрела на Мирола и впервые отчетливо видела, как он врет. Способность распознавать человеческую ложь, подаренную Тотемом, Мия не растеряла.
– Вы говорите неправду, – перебила девушка.
– Мия! – не выдержал отец.
Рид был возмущен дерзким поведением дочери.
– Я объясню, – смущенно проговорила Мия, – Тотем научил меня распознавать человеческую ложь.
Мирол был потрясен.
– А как же тому патрульному… Юго его, кажется, звали, удалось вас обмануть? – спросил Глава.
– Юго не врал мне, он замалчивал правду, а это разные вещи, – честно призналась Мия.
– Возьму на вооружение, – с хитрой улыбкой ответил Глава, – Что ж, если эта Лора для вас так важна, я посмотрю что можно сделать. Дайте мне время.
На этот раз лжи Мия не почувствовала. Девушка удовлетворенно кивнула. Мирол встал и поспешно покинул помещение. Вслед за ним поспешили технические работники. Они отключили оборудование и выкатили стойку с экраном в коридор.
– Я не узнаю тебя, Мия, жизнь за стеной не пошла тебе на пользу. Сдалась тебе эта уголовница… – возмущенно начал Рид.
– Если бы не Лора мы бы с тобой здесь не разговаривали, – отрезала Мия и насупилась.
Рида этот аргумент не успокоил, и между отцом и дочерью возникла напряженность. Чтобы разрядить обстановку Мия спросила:
– Ты видел Кима?
– Да, он в соседнем корпусе, – нехотя ответил Рид.
– Как он? – не отставала дочь.
– Плохо. Все еще без сознания. Лежит худой, бледный до синевы, весь увитый прозрачными трубками. Как паук в паутине. Врачи говорят, оклемается, нужно время.
– Это прекрасные новости, – обрадовалась Мия.
– Медики говорят о каких-то последствиях. Пугают осложнениями.
– Ким сильный, он справится. Помнишь, как он в детстве упал со старого дуба на школьном дворе. Он тогда три дня без сознания валялся, я думала, умрет…
– Мы все так думали, – вмешался Рид.
– А через неделю он уже бегал, словно ничего и не было, – продолжила Мия.
– До сих пор это дерево недолюбливаю, хотел выкорчевать, но директор не дал, – с улыбкой сказал Рид.
– Все будет хорошо, – сказала Мия и обняла отца, – главное, что мы снова вместе.
Рид перестал дуться и обнял дочь в ответ.
Зная, что где-то рядом лежит Ким, находиться в палате было невмоготу. Мия предложила навестить брата, отец возражать не стал. Дорога до соседнего корпуса заняла несколько минут. Это было реанимационное отделение, в которое пускали только по письменному разрешению главного врача.
– В пропуске значитесь только вы, – сурово сказал Риду охранник на входе в блок.
Рид набрал воздуха в грудь, чтобы возразить, но Мия положила ему руку на плечо и подмигнула.
– Конечно-конечно, я просто его проводила, – сказала она и пошла обратно по коридору.
