Зато я потерял свою подружку; до нее дошли слухи, и она прямо спросила меня об этом. Я ответил, что все это правда, и тогда она ударила меня по щеке при наших одноклассниках и убежала, рыдая.
Дзин покачал головой.
– Ну, ты совсем тупой, Рен. Одно дело обманывать свою подружку, но совсем глупо признаваться в этом. Да еще выбрал себе эту, в очках. – Он сухо улыбнулся. – Где твои глаза, приятель? Не забывай про идеал.
Я сердито сверкнул глазами.
– Эй, не злись, – сказал он. – Но серьезно, ты мог бы выбрать себе и получше. Если хочешь, я познакомлю тебя с лучшей подругой моей девочки. У нее огромные буфера, я не шучу.
Я никому не говорил об этом, но на самом деле был рад, что все так получилось. В те дни я устал от своей подружки, но не мог найти повода, чтобы мы разбежались. Мне не хватало храбрости прекращать отношения с теми, кто не сделал мне ничего плохого. Плюс к этому приближался мой день рождения, и я, разнося пиццу, уже скопил достаточно денег на шикарный ужин в ресторане. Момент разрыва получился не слишком удачным, я предпочел бы, чтобы у нас остались приятные воспоминания о той дате, но староста нашего класса все-таки оказала мне услугу.
Что до Сумиды, то я никогда больше не разговаривал с ней ни о чем, кроме учебы. Даже если бы она попросила, я все равно не стал бы спать с ней снова, хотя мне было любопытно, почему она позвала меня к себе в тот раз.
Я остановился на мгновение возле покинутой квартиры своего глухого соседа. Дверь и окна были закрыты, как всегда. Никаких признаков того, что в этой квартире кто-то жил. Даже когда глухой был тут, его никто не замечал – он казался скорее призраком, чем человеком. И все же, где бы он теперь ни находился, я мог поспорить, что он по-прежнему ходил в своих дзори.
Я зашел в свою квартиру и быстро принял душ. Мне предстояло сделать много всего по хозяйству. Первыми в списке были накопившиеся грязное белье и одежда; я все откладывал и откладывал стирку.
Я загрузил первую порцию в стиральную машину и тут сообразил, что в одном из карманов брюк был телефон девушки с родинкой на щеке. Я мог бы вытащить брюки и спасти ту бумажку, но вместо этого я нажал на кнопку и стал смотреть, как наливается в барабан вода. Машина громко заурчала, вращая содержимое, замелькали белые и серые пятна, заплясали пузырьки.
Бумажка, конечно, намокнет и порвется, чернила смоются. Когда я достану постиранные штаны, в кармане будет лежать полужидкий комок.
Я закрыл глаза и вообразил, что нахожусь внутри стиральной машины и кручусь, кручусь вместе с ворохом грязного белья. Кручусь, кувыркаюсь, погружаюсь в воду и плаваю среди пузырьков. Когда рокот затихнет, я выскочу из машины, мокрый, но чистый.
Вот если бы можно было так отмыть душу.
Я почти заснул, когда кто-то постучал в мою дверь. Я протер глаза и взглянул на часы. Половина первого. Одну вещь я уже твердо знал: так поздно, скорее всего, приходит некто, кого я не хочу видеть. Я проигнорировал стук и продолжил сидеть, глядя на стиральную машину.
Но мой гость оказался упорным и начал колошматить в дверь. Я заворчал. Скоро явятся с жалобой недовольные соседи снизу. Выбора не оставалось, я встал и направился к двери.
За дверью стояла Семь Звезд. И на этот раз она была в школьной форме.
– Не надо. – Она придержала дверь рукой, прежде чем я успел ее захлопнуть. – Я просто хочу поговорить. Обещаю, что проблем не будет.
И снова Семь Звезд вошла ко мне в квартиру без моего разрешения. Я закрыл дверь, но не сдвинулся с места.
– Ну, – сказал я, – о чем ты хочешь поговорить?
Она повернулась ко мне.
– Я слышала, что вы уезжаете.
– У нас была договоренность, что я буду работать только до зимних каникул.
– Вам предложили постоянную должность, но вы отказались.
– Вы хорошо информированы, юная мисс.
Она оставила мою насмешку без комментариев.
– Вы возвращаетесь в Токио?
– Да, – ответил я. – Я закончил все, что хотел тут сделать.
– И нашли убийцу вашей сестры?
Я застыл. Эта девочка точно знала, как застать меня врасплох.
– Мой отец не лгал, когда сказал, что не знает, где моя мать. Она абсолютно исчезла из нашей жизни. – Она заглянула мне в глаза. Невозмутимо. – Что вы собираетесь теперь делать? Будете искать ее?
– Зачем? – Я пожал плечами.
– Из мести.
– Это ничего не исправит.
– Вы сердитесь, что я ничего вам не говорила?
Я покачал головой.
– Все равно я бы не поверил тебе. Я должен был сам найти ответы.
Семь Звезд скрестила на груди руки.
– Госпожа Ишида и мой отец… Знаете, они были вместе много лет. Я уверена, что вы и не подозревали об этом. Я узнала об этом даже раньше матери.
– Ты поэтому начала воровать жвачку?
Семь Звезд пожала плечами и пробормотала:
– Возможно.
– Ну и ты чему-то научилась?
– Нет – разница огромная. Я воровала жвачку, а не чужого мужа, – заявила она. – Господин Ишида, ваше мнение о сестре изменилось? Теперь вы знаете, какой она была. Вы не жалеете, что пошли на все эти проблемы ради нее?
– Я никогда не считал это проблемами, – ответил я. – Моя сестра была нормальной женщиной. В твоем возрасте она была такой же наивной.
