За разговорами Валерка не заметил, как проехали все десять километров и достигли цели.
Как же был рад Валерка, что именно ему пришлось воочию увидеть, как получают это пахучее и вкусное постное масло, которое он так любит. Ведь на нём можно жарить картошку, печь пироги и оладьи, заправлять винегрет или, посолив, макать в нём хлеб и есть. Валерка вместе с Алиханом высыпал из мешков семечки на больше колеблющееся сито, обдуваемое сверху вентилятором, которое выдувало пыль и шелуху из сита и даже оголяла от скорлупы семечки. Потом деревянной лопатой семечки загружали в круглый цилиндр под паровой пресс и тот с огромной силой давил их, и по ложбинке, что внизу цилиндра, стекала тонким ручейком готовое масло. Оно так пахло, что Валерке не терпелось попробовать его на вкус. Буквально часа за четыре все привезённые семечки отдали своё масло и заполнили им целых три молочных бидона. Валерка прямо ликовал от счастья, тем паче, что ему Алихан вручил за работу двухлитровую бутыль этого свежего масла.
Второй месяц Валеркиных каникул подошёл к концу. Пора возвращаться домой, через неделю в школу. Валерка был доволен собой за то, что каникулы не провёл даром, а прилично заработал и денег, и продуктов, а самое главное привёз домой большую бутыль сказочного подсолнечного масла.
По возвращению с Юга у меня разболелся зуб. Зубов же к пятидесяти годам у меня осталось немного, и было невыносимо жалко лишиться ещё одного. Я терпел целую неделю, глотал в непотребном количестве таблетки анальгина, полоскал то и дело рот содой, надеясь, что боль утихнет, но не тут-то было. Ко вторнику следующей недели от зубной боли стало совсем невмоготу. Пересилив страх, я направился к стоматологу, по пути к нему зашёл в Сбербанк и снял сотню рублей на тот случай, если придётся идти к платному. Жене же о снятии денег говорить не собирался. Зуба я успешно лишился бесплатно в районной поликлинике. Врач приказал два часа не есть, но насчёт выпивки ничего не сказал, поэтому я по пути домой зашёл в магазин и купил четвертушку.
