— Скорее разгромили его, — проворчала Фанни.
— И как там? — взволнованно спросила Уиллаби. — Я всегда хотела попасть внутрь!
Но ответить ни Финч, ни Арабелла не успели.
Раздался стук, и дверь открылась. В комнату вошел Герхарт Уолшш. Следом за ним проследовал древний на вид старик с целой колонной сложенных вещей, которые он держал стопкой на руках перед собой.
— Дети, познакомьтесь, — сказал господин Уолшш. — Это мистер Эйсгроу, он служит дворецким в «Уэллесби». Он поможет вам. Но я не советую вам грубить ему или пытаться каким-то образом его провести. Мало того, что это не пройдет, он очень этого не любит.
В знак согласия дворецкий коротко кивнул и поглядел на Финча. Его подслеповатый глаз испытующе уставился на мальчика. Под полупрозрачной мутной поволокой словно что-то зашевелилось.
Особняк «Уэллесби» состоял из двух неравных частей. Одна была явлена взору любого, кто переступал его порог, поднимался по лестницам, сновал по коридорам, посещал гостиные и залы, а другая, скрытая ото всякого чужака, представляла собой будто тень, отброшенную настоящим домом.
Это были тайные переходы, узенькие коридоры, тихие лифты и погребенные в глубинах особняка лестницы. Мир слуг, лабиринт путей, проложенных за стенами, комнаты, о которых никто из гостей даже не догадывается. Такое себе потайное застенье. Тесное, темное, с непривычки неудобное и совершенно запутанное.
Если вы оказались здесь вдруг и почти что случайно, как, к примеру, двое детей, которых в дом не приглашали, то выход из застенья найти будет трудно. И запоминать дорогу совершенно бессмысленно. Поскольку уже после третьего антресольного этажа и то ли коридора, то ли лестницы, что вела на еще один под-этаж, который, в свою очередь, являлся продолжением кулис одной из гостиных, определить собственное местоположение было исключительно невозможно. И проводник в данном случае не слишком-то помогал, поскольку не отличался многословностью. Сказать по правде, он и малословностью не отличался, поскольку всю дорогу молчал.
— А откуда вы узнали наши размеры? — спросил Финч похожего на гробовщика человека.
Старик не ответил, и Финч шепотом спросил у Арабеллы:
— Может, он глухой? Как думаешь?
Спина дворецкого слегка дрогнула, но он так и не обернулся.
Мистер Эйсгроу шел немного впереди, а Финч и Арабелла, будто трамвайные вагончики, плелись следом. Взглянуть со стороны, их можно было и не узнать: Финч переоделся в темно-фиолетовый костюм-тройку, а Арабелла — в вишневое платье. У мальчика была маска в тон костюму с серебристой гравировкой, а верхнюю половину лица девочки скрывала алая маска с длинным пером.
Дворецкий велел им переодеться, поскольку в доме, мол, полно гостей, и ни у кого не должно возникнуть вопросов, если вдруг двое детей попадутся им на глаза.
Пока что, тем не менее, ни один гость на пути процессии не встретился: мистер Эйсгроу вел их сугубо по проходам внутри стен и предназначенным для слуг, поэтому Финч не понимал причин для подобной конспирации. А еще он чувствовал себя эдаким несносным богатеем и маленьким пижоном, отчего у него появился воображаемый зуд по всему телу, и мальчик, словно решив компенсировать внешний вид полнейшим отсутствием воспитания, чесался как только мог. Арабелле приходилось постоянно одергивать его за рукав. Ей казалось, что мистер Эйсгроу прекрасно видит спиной и именно поэтому постоянно неодобрительно трусит головой.
— И как вы собираетесь нам помогать? — добавил Финч, хмуро озирая низкие стены служебного коридора.
Дворецкий и на это ничего не ответил.
— И куда мы вообще идем? — все не мог уняться Финч.
Тут Арабелла даже не посчитала нужным его критиковать: ей тоже было любопытно.
— Мистер Эйсгроу, — сказала она. — Вы нас слышите? Вы так и не сказали, куда мы идем.
Дворецкий слегка повернул голову:
— Мы идем вниз, мисс Джей.
— Да, это стало ясно, после двух лифтов и винтовой лестницы, — проворчал Финч. — Но куда именно?
— Осталось совсем немного, — начисто лишенным эмоций голосом заверил мистер Эйсгроу.
— Просто замечательно, — досадливо проговорил Финч. — А можно снять маску? Она мне не нравится. Я выгляжу в ней, как будто у меня богатенькие родители, а это не так.
— Не стоит снимать маску, мистер Финч, — холодно ответил дворецкий. — Если кто-нибудь вас увидит…
— Да никто нас не увидит! — не выдержал Финч и остановился. — Все! С меня довольно! Никуда я дальше не пойду! Вы нам так ничего и не сказали! Вы отыскали мадам Клару? Что именно вам сказал господин Уолшш? Такое ощущение, что вы ведете нас не туда, куда нужно! Выкладывайте начистоту, мистер дворецкий!
Вслед за Финчем остановилась и Арабелла. Мистер Эйсгроу также был вынужден прервать путь. Он медленно обернулся и поглядел будто бы сквозь детей. Причем словно через обоих одновременно — нельзя было точно понять, куда он глядит, из-за его подслеповатого глаза.
— Мистер Финч, — негромко проговорил дворецкий тоном, от которого кровь стыла в жилах — этот голос напоминал эхо от точильного камня, к которому поднесли обломок металла. — Я не советую вам…
