Публичное одиночество полностью

Есть два замечательных парня: Новотоцкий и Моисеенко. Они писали сценарий «Возвращения». Я очень долго искал людей с близким мне чувством юмора. Если ты можешь в течение рабочего дня четыре часа ржать по поводу какого-то полного бреда, накручивая его и продолжая фантазировать, – это дает ощущение братства, из которого выкристаллизовываются потом ситуации, сценарии…

Вообще, группа – это организм. И если в этот организм попадает человек, у которого другое чувство юмора или другая энергетика, то надолго он не задержится. (II, 53)

(2006)

Интервьюер:Когда планируете показать премьеру?

Думаю, выпустим картину ближе к Берлинскому фестивалю.

Рассчитываете попасть в конкурс?

Человек предполагает, а Бог располагает… Если кино получится достойное, почему не поучаствовать?

Готовы к параллелям с первоисточником Сидни Люмета?

Между нашими фильмами почти ничего общего.

Кроме названия?

Мы и его поменяем.

Сходство заключается лишь в фабуле: двенадцать присяжных должны вынести приговор, сначала они склоняются к одному решению, но все оказывается не так просто. Больше никаких совпадений в картинах нет.

Мы снимали кино не об американцах, а о нас. Думаю, что фильм нужен именно здесь и сейчас.

Накануне выборов?

Каких?

Парламентских, президентских. Вы же о Чечне рассказываете. Тема больная.

Полагаете, о ней надо вспоминать лишь перед выборами? Что за тупой журналистский бред?!

Довожу до вашего сведения, голубчик: в Чечне я провел замечательное, чудное время. Урус-Мартан или Хасавюрт для меня не абстрактные географические названия, а вполне конкретные места, в которых создавалась картина «Свой среди чужих, чужой среди своих».

Это в другой жизни было….

В какой другой?

Одна ветвь отцовского рода – выходцы из тех мест, с Северного Кавказа. Это тоже моя родина, сынок!

Тем не менее сейчас Вы предпочли снимать Чечню в Краснодарском крае.

Оформление документов на провоз оружия, которое требовалось для съемок картины, заняло бы слишком много времени, все растянулось бы еще на пару месяцев.

Значит, не соображения вашей личной безопасности явились главным аргументом против поездки в горячую точку?

Мы получили необходимые гарантии от полпреда Козака и главы Чечни Алханова. От экспедиции в республику отказались не из страха перед гипотетической угрозой, а из желания не усложнять съемочный процесс.

Но, например, премьеру фильма я намерен устроить в Чечне.

А говорите не политика.

Чем Грозный хуже той же Москвы, почему не показать там картину, рассказывающую о чеченском мальчике?

Я не выполняю ничьих заказов, а высказываю собственное отношение к конкретной проблеме…

Пока кино о последней войне, будь то поделки Александра Невзорова или картины Алексея Балабанова, сводилось к рассказу о наших героических парнях, рубящихся со злобным чеченцем. У Вас он подобреет?

Не хочу ничего заранее рассказывать, дождитесь премьеры.

Хотя бы жанр фильма определите.

Драма с элементами триллера и детектива.

Одно готов заявить определенно: я имел все – потрясающих актеров, ради съемок отказавшихся от прочих проектов (отпускал лишь на спектакли, где нет замен, да и то не более двух раз), замечательного оператора, классного камермена из Чехии, отличного звукооператора из Франции, великолепного сопродюсера, прекрасную аппаратуру.

Если картина не получится, это будет исключительно моя вина. (II, 54)

(2006)

Вопрос:Правда, что по «Двенадцати разгневанным мужчинам» Вы намерены поставить спектакль?

Правда.

Вам явно понравилась идея одной команды. В театральных «Мужчинах» актерский состав тоже будет совпадать с фильмом?

Да.

Значит, Вы сами выйдете на сцену. Представляю, какой будет лом… А у Вас есть время в театре играть?

Конечно, мы не можем играть каждый день, но тем дороже будет спектакль.

На Венецианском кинофестивале Вы будете представлять ретроспективу российского кино, а вот «Двенадцать разгневанных мужчин» в Венецию, к сожалению, не попадают…