Публичное одиночество полностью

Ведущий:Режиссер Никита Михалков, которого критики частенько обвиняют в самолюбовании и творческой нескромности, на этот раз удивил самого себя. Его фильм «12», получивший на Венецианском кинофестивале специальный приз, оказался «темной лошадкой», в которую не верил даже сам режиссер.

Жюри посмотрело этот фильм в последний конкурсный день. И случился переломный момент фестиваля, которого никто уже не ожидал. Чтобы соблюсти некоторые неписаные законы, «Золотого льва» нашему фильму дали с формулировкой: «За демонстрацию гуманизма и уникальную способность режиссера исследовать жизнь во всей ее сложности».

Но для меня стало открытием то, что чисто российская история о расследовании вины чеченского мальчишки, который убил своего приемного отца – российского офицера, найдет такой отклик в сердцах иностранных зрителей. (XV, 36)

(2007)

Интервьюер:«12» – картина камерная. Не боитесь, что привыкший к экшн-сценам зритель не сможет воспринять действие, в котором как бы не происходит ничего? Как Вы сами определяете жанр картины?

Я не даю серьезного определения жанра, в котором сделана картина. Скорее всего «12» – это психологический триллер.

Однако я точно знаю: если первые двадцать минут люди сидят в зале, значит, они досмотрят фильм до конца.

Этот фильм для Вас все-таки ремейк или нечто новое?

Картина Люмета «Двенадцать разгневанных мужчин» была лишь поводом для нашей истории… Если сравнивать эти две ленты, то они совершенно о разных вещах.

«12» – она более русская, для внутреннего пользования, и поэтому у меня нет больших надежд на то, что фильм будет глубоко понят и серьезно воспринят в мире. Особых иллюзий не питаю. «12» в большей степени понятна, ощутима и нужна нашему зрителю, чем какому-нибудь другому.

Но лично для меня эта картина очень важна, потому что мы в этой ленте сумели сказать столько по-настоящему волнующих вещей, что, если бы была альтернатива стать обладателем «Золотого льва» с любым фильмом, который получит эту награду, или остаться автором «12», я бы остался автором «12». Я считаю, что сегодня лента может оказаться очень и очень важной.

Убежден, что каждый, кто посмотрит эту картину, найдет в ней что-то свое, ценное именно для него. Это фильм для всех и про каждого.

В фильме Сидни Люмета мужской пол героев был предопределен тем, что в ту пору женщин не допускали в присяжные. Если ваш фильм претендует на полноту картины российского общества, почему в ней не нашлось места женщине?

Присутствие женщины крайне осложнило бы ситуацию. Я был бы вынужден стягивать драматургию к женскому персонажу. Либо должны были быть одни только женщины, это была бы совсем другая история, хотя и про то же самое.

Актеры рассказывали, что впервые столкнулись с тем, что кино снимали в логической последовательности, а не по сценам из разных частей истории.

Да, действительно. Это сделано для того, чтобы было последовательное развитие характеров. И мы достигли своей цели. Много диалогов было изменено в процессе репетиций. Вообще для меня сценарий – это лишь повод. Я очень ценю импровизацию и живое движение сюжета, когда актер проживает историю так, как если бы это случилось с ним. Все актеры в фильме «12» раскрыты по-новому. И каждому, как мне думается, хотелось получить опыт. Маковецкий даже пошел на определенные уступки в гриме. Но я не буду раскрывать всех секретов. Во всяком случае, не помню, чтобы в одном месте и в одно время было собрано такое количество звезд.

Такой звездный состав – ваша прихоть?

Я очень ценю, люблю и серьезно воспринимаю всех актеров, которые заняты в проекте «12». Я надеюсь, что это было обоюдным удовольствием – встретиться всем на съемочной площадке. Убежден в том, что по-настоящему интернациональным может стать только то, что по-настоящему глубоко и национально.