А выводы пусть делает сам…
РОССИЯ
(1991)
Интервьюер:
Не знаю!
Я не могу этого объяснить. В России все гигантское – гигантские пространства, гигантские глупости, гигантские таланты, гигантское хамство и гигантская нежность.
А выедешь из Костромы в Финляндию – все есть, а удивляться нечему. Можно удивиться один раз, очень быстро понять – и все.
А дальше только технология, технология, технология…
(1992)
Что такое Россия?
Языков сказал: что русскому – здорово, немцу – смерть.
Дело не в том, чтобы быть лучше других. Просто мы –
Мы – не хуже и не лучше.
Но когда я, раз за разом, слышу фразу: что вот Россия по сравнению с цивилизованными государствами… Да что же это за диво такое – цивилизованные государства? И почему надо сравнивать Россию с Францией?
У России был свой путь, совершенно другой, чем у Франции. Россия была аграрной страной, с мощнейшим крестьянством, со своими традициями, со своей культурой. С мощнейшим купечеством, которое держало государственность и было тем самым балансиром, что уравновешивал правых с левыми. И развитие капитализма в России тоже шло совершенно другим путем, чем в Германии или Америке…
Кстати говоря, и социализм в России образовался совсем другой, нежели в той же Польше или Чехословакии…
Россия другая! Здесь… все перемешано и все стократно увеличено – красота, нежность, глупость, коварство, наивность, разврат…
(1993)
Русский философ Ильин сказал: «Обыватель ценит ум и власть, но ненавидит силу и мудрость».
Это гениальные слова.
Власть может быть подлой, ум – коварным. А сила – это здоровье; умноженная же на мудрость – это такая сила, которая не обидит слабого, не совершит зла…
Изначальная Россия – это была сила, умноженная на мудрость. Сейчас же ставка делается на ум и на власть…
(2005)
Интервьюер:
Отношение к России не менялось.
Менялось мое отношение к населяющим ее людям: сегодня это были Обломов и Штольц, завтра – Ильин из «Пяти вечеров», потом герои из «Родни» или «Утомленных солнцем».
Но все равно в основе моего отношения к ним и к земле, на которой они живут, всегда была и, надеюсь, останется любовь.
Что касается России, Обломовых и Штольцев….
Знаете, у женщины есть то самое сокровенное место, где плод вызревает. Вот это как раз то место, которое у России занимает Обломов. Со всеми дурными сторонами своего характера он в определенном смысле хранитель огромного духовного наследия, веками передающегося и основанного на любви.
(2010)
Интервьюер:
Честно говоря, я не могу охватить одной фразой все.
Если говорить про истеблишмент, то это пошлость. Страшная, звенящая пошлость. И любительщина, когда теряются реальные представления о том, что такое владение профессией. Грубо говоря, что такое хорошо и что такое плохо.
Это самое страшное.
А там, где-то в глубинной России, совсем все по-другому. Там что-то происходит, там есть подвижки чего-то нового.
Но в целом мы потеряли иммунитет. Жизненный. Сегодняшняя Россия не пережила бы 1941 год. Духа нет. Он потерян…
И этот дух нужно во взрослых восстанавливать, а в детях воспитывать.
(2011)
Интервьюер:
За последние двадцать лет в российском обществе произошли невероятные метаморфозы. Мы проиграли практически «по всем фронтам»! Разгул свободы слова в СМИ развалил то, что пытались сберегать десятилетиями. Мое счастье в том, что оголтелая критика, время от времени на меня обрушивающаяся, не способна задеть моего нравственного стержня.
А если говорить об ориентирах, то надежда только на глубинку – там еще теплится что-то настоящее, русское.
(2012)
Нынешняя ситуация в России, на мой взгляд, напоминает ту, что была в 1917 году. Та же протестная горячка, то же спешное стремление либерально настроенной интеллигенции к очередной социальной химере.
А надо бы притормозить!
Мы живем в огромной стране с великим множеством мнений и пожеланий, симпатий и антипатий, но все равно их общим результатом должна стать победа разума. Вряд ли многие наши соотечественники хотят ввергнуть Россию в хаос, ведь это в случае с государством, обладающим колоссальными запасами ядерного оружия, будет означать вселенскую катастрофу.