Различным аспектам исследования языка современных СМИ (в частности, семиотическому, психолингвистическому, когнитивному, юридическому, социологическому, культурологическому, стилистическому) посвящено учебное пособие под редакцией М.Н. Володиной «Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования» [Язык СМИ… 2004], подготовленное на филологическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова.
Грамматические отношения, представленные в сочинительном словосочетании
Фрагмент книги
Культура русской речи (Под ред. проф. Л.К. Граудиной и проф. E.H. Ширяева)
«Как известно, субъект в коммуникации обладает сложной структурой. По мнению Е. Гоффмана, говорящий выступает в трех ипостасях: аниматора – того, кто произносит высказывание; автора – того, кто порождает высказывание; принципала – того, чья позиция выражена в высказывании. При помощи этой триады может быть охарактеризовано не только психологическое и когнитивное „расщепление“ субъекта, но и его социальная структура. Тогда (при известной детализации) структура субъекта в массовой коммуникации, скажем, применительно к тоталитарному обществу, может быть представлена следующим образом: автор – редактор – цензор – идеологический демиург. В период перестройки и особенно в постперестроечное время эта структура претерпевает существенные изменения. Постепенно ослабевает, а затем и „нулизуется“ влияние государственной идеологии; исчезает, правда, временами напоминая о себе отдельными рецидивами, цензура; редактор утрачивает функции идеологического наставника и становится организатором коллектива журналистов, объединяемых общей позицией. … Результатом этого стала глобальная авторизация газетного дискурса, то есть совмещение в субъекте ролей автора и принципала. Субъект в современной массовой информации не просто функционален – он выступает как личность со всеми особенностями ее менталитета, причем в структуре его целей все большую роль начинает играть стремление к самовыражению. …
Обратная сторона авторизации – чрезмерный субъективизм дискурса. … Этот авторский эгоцентризм находит адекватное лингвистическое выражение в гипертрофированном Я-дейксисе» [Платонова, Виноградов 2000: 256, 257].
